В колонке «Михаил — Таёжный Медведь»:

«Запрёт её в холодильнике» — 1:4.

«Накормит салом насильно» — 1:3.

«Доведёт до нервного тика» — ставка сыграла (пометка галочкой).

«Поцелует» — коэффициент 1:100.

Приписано рукой Люси с кучей сердечек.

— Интересное чтиво? — раздался голос Люси за моей спиной.

Я резко развернулась. Официантка стояла с подносом, ничуть не смущаясь.

— Люся, что это? — я ткнула пальцем в ватман. — Мы здесь работаем или устраиваем гладиаторские бои?

— Ну, Марина Владимировна, скучно же, — Люся пожала плечами. — Телевизор только вечером, интернет не ловит. А у вас тут такие страсти! Искры летят! Прямо как в сериале «Рабыня Изаура», только про еду.

— И на кого ставишь ты? — не удержалась я от вопроса.

— Я? — Люся хитро прищурилась. — Я поставила на ничью. В смысле, на «боевую ничью».

— Это как?

— Ну… это когда оба живы, но оба… кхм… запыхались, — она покраснела. — Тётя Валя, вон, ставит на то, что Миша вас всё-таки доведёт и вы ему в борщ слабительного подсыплете.

— Передай тёте Вале, что я профессионал, — холодно сказала я, срывая листок со стены. — Я использую не слабительное, а концентрированный экстракт перца «Каролинский жнец». Эффект тот же, но гастрономически обоснован.

Я вышла из подсобки, забрав «вещдок». Но в душе, где-то очень глубоко, мне было смешно. «Коэффициент 1:100 на поцелуй». Наивные. Шансы там были один к миллиону. Или… нет?

* * *

Вечерняя смена превратилась в ад. В хорошем смысле слова. У нас был полный зал. Слава о судаке Клюева разлетелась по округе, и даже местные лесорубы пришли посмотреть на «молекулярную диву», и мы работали бок о бок.

Михаил стоял на гриле. Я на сборке и гарнирах.

Темп был бешеный. Чеки, прицепленные на ту самую проволоку с прищепками, летели один за другим.

— Два стейка, прожарка «medium»! — кричала я. — Гренки к пиву! Салат с уткой!

— Слышу, не глухой, — рычал Михаил, переворачивая мясо. Огонь вспыхивал до потолка, освещая его потное, сосредоточенное лицо. — Гарнир где? Где твое пюре из сельдерея? Утка уже крякать перестала от скуки, пока тебя ждёт!

— Пюре стабилизируется! — орала я в ответ, работая сифоном. — Не торопи искусство!

— Искусство должно быть горячим! — он швырнул готовый стейк на тарелку так, что тот идеально лёг в центр. — А твоё пюре холодное, как сердце твоей бывшей свекрови!

— Откуда ты знаешь мою свекровь?

— Я по глазам вижу. У тебя взгляд женщины, которая пережила семейный апокалипсис. Люся! Забирай мясо! Быстрее, пока оно не убежало обратно в лес!

Мы двигались в этом узком пространстве, постоянно сталкиваясь, задевая друг друга локтями, бедрами. И каждый раз, когда это происходило, между нами проскакивал разряд статического электричества. Или не статического.