Выпив все три чаши, бог Один произвёл обратное смешение магической субстанции, где сам Один в облике орла выполнил функцию автоклава, ускорив нужные реакции. Правда, не обошлось и без «побочных эффектов», но именно они, как говорят, послужили причиной возникновения таких рифм, как «любовь-морковь». Это «избыточная часть» Квасира, пройдя через разум бога Одина в форме орла, тоже получила форму – долю рифмоплётов.
Попав в Асгард, «мёд поэзии» представляет собою теперь вторичную магическую субстанцию, которая может быть не привязана к своему носителю, а достаться кому угодно. Это новая форма дара, новая программа магического наследия, которую сделал бог магии и познания Один. И вот в чём его новизна.
В случае с Квасиром дар был врождённым, а личность строилась вокруг этого дара, а не наоборот. Но в случае с Браги дар становится не системоопределяющим, а дополняющим личность, поэтому его проявление зависит от личности, но личность не зависит от дара. Это важное отличие Квасира от Браги, а в мифе о «мёде поэзии» показана разница между понятиями «гениальность» и «талант». Гениальность всеобъемлюща, она руководит и природой, и разумом, она не знает удержу, и нет никаких стопоров, чтобы её ограничить или остановить; это качество врождённое, оно ведёт по жизни, оно же приводит и к смерти. Талант – иное. Он проявляется уже в зрелой личности, которая через рост, опыт и обретение специфических личностных качеств формирует такую конфигурацию сознания, которая способна взять «дар», но проявить его в нужной форме, а также создать вокруг себя такие обстоятельства, в которых этой форме не будет тесно. Такое сознание, обогащённое талантом, сможет само создать вокруг себя жизненные обстоятельства, которые позволят этой способности проявиться правильно:когда надо, где надо, кому надо, сколько надо и что именно надо . То есть проявить всё то, что Квасир природно не мог.
Теперь попробуем уже предметно посмотреть на бога Браги, которого Один избрал тем достойным, чья «личность» способна взять «мёд поэзии», воспринять дар не как гениальность, а как нужный богам и мирам талант.
Бог Браги был рождён той самой богиней Гуннлёд, которая, согласно мифу, была последней хранительницей крови Квасира. Отцом же был сам бог Один, который, согласно уговору, провёл три ночи с Гуннлёд и получил право выпить мёд, что и сделал. Таким образом, видим, что бог Браги – не случайный выбор будущего носителя магического таланта, который был облечён в форму поэзии. Мать – из ётунов, носитель древней сплошной памяти. Отец – бог магии и знаний. В сыне эти качества соединяются таким образом, что он становится тем, кто может не только воспринять дар полноценно, но и правильно им распорядиться: поэту нужнасплошная память и магия слова. Браги был избран Одином как тот достойный «мёда поэзии», и отныне его называютотцом всех поэтов.