Из переулка выскочила лохматая, низкорослая дворняга, следом выкатилась компашка из десятка одетых в шубки и пальто, укутанных в шарфики младшеклассников — последний день коротких в эти времена зимних каникул, не учатся — и с криками «лови его, лови!» устремилась за собакой. Пара секунд на узнавание и осознание.

— Сережка!!! — с радостным визгом, напрочь потеряв интерес к мохнатому, дети бросились ко мне и повалили в снег.

Охрана из едущей за мной машины и не подумала вмешаться — и это правильно!

— А ты к нам в школу придешь? Ты насовсем вернулся? А песни новые придумал? А правда, что капиталисты в тебя ракетами стреляли? — окатила меня лавина вопросов.

Обидевшаяся на невнимание дворняга тявкнула и задрала лапу на забор, игнорируя лай обитающего во дворе, оскорбленного ее поведением цепного пса.

Со смехом сняв с себя ребят, я уселся прямо в сугроб и принялся отвечать:

— К маме погостить приехал, на три дня. В школу к вам приду, завтра. Песни новые придумал, покажу. Капиталисты стреляли, но не ракетами, а торпедами.

— Нифига себе! — восхитился пацан в лыжной шапочке.

— А я маме расскажу, что ты ругаешься! — злорадно пообещала девочка чуть младше него.

Сестра, видимо.

— «Нифига» — это не матерщинное слово! — запротестовал тот и обратился за подтверждением. — Сережка, скажи ей!

— Не матерщинное, — подтвердил я.

— Съела⁈ — с ликующим выражением лица приосанился пацан.

Девочка надулась.

— Подставляйте ладошки! — скомандовал я и раздал ребятам «Мишек на Севере».

— Спасибо! Мы пойдем Дружка искать! — от лица группы заявила самая старшая на вид девочка, и они побежали искать успевшую сбежать дворнягу.

Затянув себе под нос песенку «Пропала собака по кличке Дружок», я поднялся на ноги, отряхнул снег, помахал ухмыляющимся «дядям» — в порядке! — и в отличном настроении пошел дальше.

Просто замечательное утро!

* * *

Согласно полученным вчера инструкциям — Таня и тётя Тоня приходили на приветственный ужин в честь моего приезда — я поднялся на цыпочки и сунул руку за калитку. Нащупав крючок, открыл и прошел во двор. Слева, у забора к соседям, сугроб — сюда сгребают снег. Напротив — дом с высоким, выкрашенным зеленой краской крылечком, ведущим к обитой войлоком и дерматином, двери. Между сугробом и домом — пустое пространство, которое упирается в сарай и начинающийся за ним огород. Стайки и свинарника, равно как и курятника, у Богдановых нет — а зачем, если у мамы с дочкой суммарный ежемесячный доход под восемьсот рублей, и это не считая получаемых подружкой инвалютных чеков? Но они для «Потёмкина» скорее исключение, чем правило — совхозники охотно инвестируют резко выросшие зарплаты в кроликов, свинок и телят, чтобы потом продать их жадным до сырья кооператорам.