— Спасибо, Тамара Петровна, — поблагодарила ее мама.

Открыли дверь, поставили шерстяного на порог, он понюхал провонявший табачным перегаром воздух квартиры, тоскливо посмотрел на хозяйку, мявкнул и прошел в прихожую. Следом прошли мы с мамой, последней — соседка. Подхватив питомца, она заявила:

— Ну, не буду вам мешать заселяться, — и ушла к себе.

— Пойдем, — шепотом, словно боясь спугнуть новую квартиру, позвала меня мама, взяла за руку, и мы вышли из оснащенной тумбочкой для обуви и прибитой к стене вешалкой прихожей в комнату.

— Примерно как у нас, — прокомментировала размер помещения родительница. — Балкон! — резко дернула меня к названному объекту. Открыв деревянную дверь, вышли на него. — Весь двор как на ладони, — словно обнимая пейзаж, развела руки мама. — Велосипед тебе купим — теперь есть куда ставить, — с улыбкой потрепала меня по голове, и мы вернулись, не став закрывать балконную дверь — пускай проветривается.

— Оп! — присоединился к игре и я, плюхнувшись на диван — абсолютно такой же, как и у нас.

— Оп! — плюхнулась и мама. Указала на свободный угол: — Вот сюда твой стол поставим, здесь светлее всего.

— Хорошо, — не был я против.

Осмотрели шкаф — вещи старого жильца нужно будет собрать и отправить его родственникам, но это потом. А пока двинулись на кухню.

— И все — наше! — закружилась мама. — И в ванне теперь можно валяться сколько захотим.

Не могу сказать, что в полной мере разделяю ее восторг, но, когда я в прошлой жизни закрыл ипотеку, перло меня ничуть не хуже.

— Завтра выходной, придем, уберемся, все чужое в коробки сложим, — огласила план родительница. — А что тут в ванной?

Сантехника оказалась не то чтобы совсем убитая, но…

— Не течет — и ладно, — успокоил я маму.

— Ерунда, поменяем! — потрепала она меня по волосам, и мы вернулись в комнату. — Пол перекрасим, обои переклеим, ковер постелим, — продолжила она мечтать.

Просидели в новой квартире мы до самой темноты — не удержавшись, мама начала приводить помещение в порядок прямо сразу, а я, не удержавшись, ей помогал.

— Ой, Сережка-а-а… — почти пропела мама, когда мы вернулись домой. — Ну и жизнь начинается!

Из своей комнаты выглянул дед Леша, который с улыбкой безошибочно предположил:

— Квартиру дали?

— Да! В соседнем доме, — не стала скрывать мама.

— Это хорошо, Сережке тишина нужна, нетленку ваять, — подмигнул он мне. — Если помочь надо, Наташ, — ты говори, не стесняйся.

— Спасибо, дядь Леш, но чего я вас дергать буду — молодежи у нас полно, пусть они и помогают.

— Тоже верно, — хохотнул ветеран, махнул рукой и покинул сцену.