Александра Николаевна за нами приехала, довезла до ВУОАПа, чуть ли не за руки протащила по нужным кабинетам, мама расписалась где надо, и композитор довезла ее до ателье, начисто проигнорировав «я и на метро доеду». На все про все — чуть больше трех часов. Невыносимо быстро для СССР! Вот что значит иметь «таран». Само собой, маме придется посетить ВУОАП еще пару раз с целью подписать то, что не дали сегодня, но мы бы тут, блин, месяц без Александры Николаевны валандались. А с ней мне даже «прикрепили» ответственного сотрудника, чей телефон надежно зафиксирован в памяти и наших с мамой блокнотах. Да, примет без очереди и «всячески поспособствует». Но лучше все песни нести сначала Пахмутовой, чтобы не обиделась.
Неделя прошла без сучка и задоринки — мы успешно подготовили материал для Зыкиной, новенький проигрыватель занял достойное место на нашей стенке, а мне придется идти на ковер к самой Фурцевой во вторую неделю октября — решили подождать выхода журнала с «Зорями» и фельетонами, для надежности, так сказать.
После возвращения в школу мне торжественно заявили, что моя старая черепно-мозговая травма, оказывается, с полевыми работами совершенно несовместима. «Социальная справедливость» начинает работать! Жаль, не получится засмущать «случайной» встречей лапочку Сонечку, но куда она от меня денется? Если Подмосковье, значит, поступать будет в Москву. Педагогических у нас не так много, так что в следующем году она обязательно встретит сидящего на лавочке с шикарным букетом в руках комсомольца.
Записываться музыканты будут без меня — а на фига я там? Советские музыканты что, «дважды два — четыре» без меня не освоят? За всей этой суетой не забыл и о «Белом Биме» — рукопись уже у Полевого, вместе с парочкой свежих фельетонов. Обещает первую половину опубликовать уже в декабре. Параллельно все «мои» подвергшиеся аранжировкам стихи в еженедельном режиме публиковала «Литературка». Строчки считать откровенно лень, поэтому просто подождем октября, а вместе с ним — первые гонорары. Интересно, сколько накапает?
Глава 17
— Ну молодец, Андропов! — похвалила меня математичка. — Неделю пропустил, но наверстал! Молодец! Садись, «пять»!
Гордо шествуя к своей парте, услышал шепотки: «не он», «подменили», «Макса от*издил», «песни», «стихи», «Юность» — ребята не стеснялись выражать «респект» и в глаза, но, видимо, им этого не хватило. Усевшись рядом с Таней, получил от нее дополнительный «молодец». Далее, чтобы не нарываться на замечание, девушка положила между нами листочек и написала на нем: «Говорят, что ты не Андропов, а Электроник».