Будучи хорошим сыном, я тоже схватился и стал помогать маме.

— Молчать! — раздался командный рык деда Леши — он у нас старшим лейтенантом демобилизовался, навыки имеет.

Сработало — багровая от возмущения мама сделала глубокий вдох, а «капитанша» от неожиданности отпустила дверь, и она захлопнулась — я едва успел убрать пальцы. Защелкнув замок, мама схватилась за рот и побежала в туалет. Ну вот, перенервничала!

Приоткрыв дверь, прошипел набирающей в грудь воздух для нового этапа гостье:

— Если у нее выкидыш из-за тебя случится, я одного из твоих украду и волкам скормлю, и х*й ты со своим муженьком что докажешь. Пошла отсюда!

И закрыл за собой дверь. Наврал, конечно, но критерии «жести» в эти времена такие, что женщину такой посыл обязательно проймет.

— Ни дня спокойно не живут, — с укоризненным вздохом вышла в коридор привычно сонная тетя Надя.

— «Скорую»! — раздался из туалета жалобный мамин голос.

— Звони! — рявкнула мне соседка и забежала к родительнице.

Она — медик, так что от меня там толку не будет.

— Дай-ка я лучше, — мягко улыбнулась мне баба Зина. — Ребенку могут не сразу поверить, — пояснила, отобрав трубку.

— Спасибо, — поблагодарил я.

— Железный ты, Сережка, — не то похвалила, не то укорила она и проговорила в трубку адрес и причину.

Тетя Надя вывела бледную, грустную маму из туалета, усадила на стул на кухне.

— Ты на нее не злись, — попросил родительницу дед Леша. — Альку тоже понять можно — с тремя детьми в общаге мается. Первой на очереди стоит. А тут какая-то профкомовская дура возьми да вам эту квартиру и отдай. Вот и проела мужу всю плешь — он же тоже не от хорошей жизни вам Бухенвальд устроил. А теперь Нинку вообще с очереди сняли за плохое поведение. С мужа погоны сняли. Из общаги МВД выселяют. А куда они с тремя детьми пойдут? Вот и устроила на нервах скандал. А кто во всем виноват? Дура из профкома.

— Сами во всем виноваты! — фыркнула мама.

— Тебе в больницу лечь лучше, — заявила соседка.

— Я тоже за, — поддакнул я. — Но яблочки тебе через пару дней носить не смогу — мы же уезжаем. Не обидишься?

— Найдется кому, — вяло, но вполне искренне улыбнулась мне мама.

* * *

— В Калининграде снабжение хорошее, но все равно гостинцам рады будут, — вещала тетя Надя, помогая мне собираться.

Чемодан благополучно поглотил сырокопченую колбасу, водку, вино, икру, зефир и мармелад в шоколаде — считается прямо лакомством — и прочие конфеты. Все еще жируем на авторские, да. Отдельного упоминания заслуживает фейхоа — ее из Крыма привозят, и мы с мамой еще до ее госпитализации, навестив рынок, накрутили этой фейхоы с сахаром десяток баночек — на зиму. Отвезу ягоды и дед-Лешиному другу.