— Именно! — одобрил я. — Только карту не рисуй, никому не показывай и не говори, где закопал. И самое главное — следи, чтобы тебя никто не видел.

Володя кивнул — все понятно!

— И маскировка нужна, — добавил я, взял его за запястье и подтащил к газону: — Вот видишь, трава растет?

— Вижу, — пожал плечами Вова.

— А раз трава не тронута, значит, тут не копано, — объяснил я. — Ножик возьми, дерн срежь аккуратно и свой клад прикрой — будто там трава как росла, так и растет.

— Да понял я! — вырвал руку Вова, сунул мешочек в штаны и побежал к дому — за инвентарем.

Вот и хорошо, а мне пора!

Встречаемся с Катей мы у нашего метро. Ее еще нет — я пришел пораньше, — поэтому уселся на скамейку и принялся глазеть на окружающих. Вот она — цокает синими туфельками на маленьком каблучке по асфальту, на ней джинсы и оранжевая блузка. На шее — золотой кулончик на цепочке, кончики причесанных, свободно лежащих волос старательно подкручены. Нарядилась Катюшка! Это из-за меня, что ли? Ой как приятно!

— Тебе очень идет! — сразу же заявил я, поднимаясь ей навстречу.

— Спасибо! — улыбнулась переставшая быть похожей на красивую пионерку (теперь просто красивая) девушка.

А я? А я одет как подавляющее большинство и ничуть из-за этого не комплексую. Джинсы у нас нынче атрибут статуса, а значит, у нас тут советская «принцесса» из хорошей семьи.

— Мороженого хочешь? — спросил я.

Катя стесняться не стала:

— В кафе!

И смотрит на меня так испытующе.

— Пошли! — пожал плечами платежеспособный я, и мы пошли.

— А кто у тебя родители? — спросил я.

— Я думала, ты у своей мамы спросишь, — хихикнула она. — У меня папа — директор их фабрики.

Ни*уя себе!

— А мама — в архиве работает, — добавила она должность поскромнее и приняла жутко таинственный вид — давай, мол, спрашивай!

Я и спросил таинственным шепотом:

— В архивах КГБ?

— В архивах Министерства рыбного хозяйства СССР! — таким же шепотом ответила Катя.

Посмеялись.

— А братья-сестры? — продолжил я изучать спутницу.

— Старший брат в МГИМО учится, — гордо поведала она.

Вполне элитненько!

— А ты кем хочешь стать?

— По партийной линии пойду, — заявила она. — Через комсомол. — Немного покраснев, призналась: — Я людям помогать хочу.

Какая хорошая девочка тут у нас!

— Это благая цель, — одобрил я.

— А ты писателем будешь? — спросила она в ответ.

— Если повезет. Но в партию тоже вступить хочу — чувствую в себе силы послужить на благо Родины.

Спутница посмотрела на меня с уважением.

Святые, беззаботные времена!

Продолжив трепаться о пустяках, доехали до целевой станции. Красота начиналась сразу по выходе из вагона и только усилилась, когда мы выбрались на поверхность. Натурально дух захватывает — я и не представлял, что в эти времена здесьвот так .