— Поэтому! — подтвердил я. — Она зенитчицей была, вот, как раз на повесть интересного рассказала. Я ей по мере написания кусочки ношу — вдруг где наврал? А про войну врать никак нельзя!

Опять же легендирование — а если у настоящего автора в столе лежит совершенно секретная половина рукописи с дальнейшим планом? Вот придет в суд Евгения Викторовна и расскажет, как на этапе черновика вносила поправки.

— Про войну — это ты правильно! — серьезно кивнул товарищ физик. — Я потому и пришел, если честно, — мы с ней некоторым образом знакомые, и она со мной советовалась. — Он откашлялся и процитировал: — «Вот, Андрюша, мальчик спрашивает, где и чего исправить, а я и не знаю даже — написано-то здорово!» — подмигнул спокойному (не в мой адрес похвала же) мне.

— Очень рад, что у нее такое мнение! — улыбнулся я.

— А самое забавное — я тоже не смог найти ничего, кроме опечаток, к которым придираться можно только от бессилия! — продолжил он делать мне приятно. — Но тут вот какое дело… — Он сделал вид, что ему неловко, и спросил: — Наталья Николаевна, а это точно не ваше совместное с сыном творчество?

— Ваши сомнения мне понятны, — спокойно кивнула мама. — И вы не первый, кто об этом спросил.

Пользуясь моментом, я добавил:

— В прошлый раз я писал книжку при классной руководительнице больше часа подряд. Могу устроить демонстрацию и вам, но это только если в этом будет смысл. На слухи нам с мамой все равно, верно, мам?

— Верно! — кивнула родительница. — Мой сын не обязан что-то доказывать, уж простите, случайному знакомому.

— Справедливо! — кивнул мужик, отпил компотику, промокнул рот салфеткой. — Мой отец — Борис Николаевич Полевой.

— Урожденный Кампов! — сложил я два и два.

У Полевого был (есть) жутко секретный научный сын Андрей. Вот он сидит, приехал из физических недр Родины в Кисловодск подлечиться.

— Главный редактор «Юности»! Ничего себе! — ахнула мама.

— Мир тесен! — улыбнулся он.

— Готов дописать книгу при вас! — пробудился во мне энтузиазм. — Там где-то половина осталась.

— Если тебе это не помешает, было бы здорово, — кивнул он.

— А еще у сына сказка есть! — решила мама ковать, пока горячо. — С ней сейчас в гороно решают, что делать, — так всем понравилась!

— Есть копия? — заинтересовался физик.

— Есть! — обрадованно кивнула мама.

Она заказала у знакомой машинистки печатную копию — мы же в элитный санаторий ехали, мало ли чего. Вот — пригодилось.

— Тогда, если вы не против, я бы почитал, пока ваш сын печатает. Сегодня получится?

Мама немножко поникла — у нас перед ужином состоялся разговор формата «как думаешь, ты способен сегодня переночевать один?».