Девочки без всякого энтузиазма подтвердили, что приятно, но жертва гигиены обмануться был рад, покраснел, улыбнулся закрытым ртом и пошел на свое место.

Сегодня мы повторяем прошлогодние знания, поэтому в середине урока я поднял руку, был замечен, вышел к доске, развернуто ответил, услышал от училки «Садись, Андропов, отлично» и чуть не завизжал от захлестнувшей организм эйфории. С трудом добравшись до парты, успокоился и понял причину: Сережа — ботаник до мозга костей, и от хороших отметок его натурально «штырит». «Надо получить по такой на каждом предмете и бежать хвастаться маме!!!» — ревел жаждущий дофаминовой подпитки мозг иерихонской трубой.

— Молодец, — шепнула Таня, и я аж зажмурился от новой волны.

Надо как-то привыкать, это же ненормально! Или наоборот — для тринадцатилетнего советского ребенка это единственная нормальная реакция на пятерочки?

Решив поставить эксперимент, получил по пятерке и на остальных предметах. Таня тоже не подкачала, пополнив дневник пятерками по географии и литературе.

По пути домой не стал комплексовать, и мы зашли в мамино ателье. Заценив полный дневник пятерок, родительница наградила меня поцелуем в макушку, и мы пошли хвастаться маме Таниной. «Наш» хлебозавод имеет при себе пекарню, и, пока тетя Тоня хвалила дочь, я нацелился на просто замечательные булочки с сахарной пудрой. Соседка шикнула на кассиршу и завернула нам булочек сама — угощает. Уважая гордость женщины, поблагодарил, и мы пошли к нам — ну а чего Тане дома с папой-алкашом делать? А так изрядно скрашивает мне досуг.

Пообедав, попив чаю и сделав заданное на дом — минут тридцать на все про все, второй учебный день же, — включили телевизор, Таня села шить заплатки, а я — надел варежки и продолжил строчить инфобомбу при помощи линейки с трафаретами букв и карандаша. Медленно, уныло, почти невыносимо неудобно, но никакой альтернативы у меня пока нет. Содержание — все маньяки, крысы и предатели, которым следствию будет что предъявить прямо в момент получения анонимки. Процесс небыстрый, и я очень надеюсь справиться хотя бы к декабрю. Вроде не горит — Сливко, который в этом документе тоже есть, задушил первого мальчика совсем недавно и теперь какое-то время будет сытый. При помощи копирки сразу же создается копия — первую отправлю в КГБ, подожду результатов, и, если их не последует, вторая отправится в МООП.

Почему Таня не обращает на такую странность внимания? Потому что начал я еще вчера.

— Тань, тут такое дело — я иногда буду заниматься вещами, которые могут показаться тебе странными или даже подозрительными. Это — наш с тобой первый общий секрет.