Картина, открывшаяся мне, была пугающей. Дерево не просто стояло — оно будто затаилось, готовясь к чему-то.

По его черному стволу, от корней и до кончиков самых тонких щупалец, пульсировали густые, ядовито-зеленые потоки энергии. Они сходились и расходились, образуя сложные, быстро меняющиеся узоры, похожие на артерии какого-то чудовищного сердца. Ритм этой пульсации учащался с каждой секундой. Алое скопление слабых точек у основания пылало ослепительным багровым шаром, будто внутри него раздували гигантские меха. От него во все стороны расходились тонкие, едва заметные алые нити, вплетаясь в структуру дерева, как система капилляров, разносящая адреналин по телу зверя перед прыжком.

Дерево не просто пробуждалось — оно набирало мощь для чего-то грандиозного. И почему-то я был абсолютно уверен: мне это категорически не понравится. Я пришел вовремя. Пора было заканчивать.

Сделав шаг вперед, я переступил невидимую черту, за которой начиналась его территория. Воздух задрожал от едва уловимого псионического давления, заставляя зубы ныть, а в висках застучал знакомый давящий гул. Дерево мгновенно отреагировало мое появление.

Из-за ствола, словно вырвавшись из тени, с пронзительным, яростным визгом выскочила одна-единственная зараженная крыса. Последняя, кого я, видимо, упустил во время зачистки.

Мое тело среагировало быстрее мысли. Рука сама дернулась к топору, и я даже не уловил момент удара. Лишь короткое, сухое «хрусть», и тушка, распоротая надвое, исчезла в моем инвентаре.

Я не остановился, продолжая двигаться к центру зала, к дереву, чувствуя, как его ветви-щупальца начинают шевелиться живее, лениво извиваясь в воздухе, словно пробуждаясь ото сна. Я замер в шаге от незримой границы, за которой в прошлый раз начинался смертоносный частокол.

Сердце колотилось ровно и громко. В голове был холодный, ясный расчет. Конечно, можно было сразу активировать «Корневые Оковы» и, как бравый герой из фильмов, с победным кличем броситься вперед, надеясь на успех, но я очень хотел прожить подольше.

Сперва нужно было хорошенько все проверить.

Сделав глубокий вдох, я сосредоточился на умении.

— Корневые Оковы. — прошептал я.

И ощутил, как восемь единиц живой энергии хлынули из моего резервуара, устремляясь по невидимым каналам, направляемые моей волей.

Эффект был мгновенным и ошеломительным.

По всему залу пронесся немой, но ощутимый вибрационный вздох. Мерцающий свет «Гнилых побегов» померк, их ядовитое сияние стало тусклым и болезненным.

Но самое главное — дерево замерло.

Его щупальца, только что готовые ринуться в атаку, застыли. Они не обвисли, а застыли в неестественных, напряженных позах, словно были пойманы в моментальной фотографии. По ним пробежала мелкая, частая дрожь — так яростно рвалась на свободу дикая энергия, питавшая чудовище. Но мои «Оковы» держали ее, перекрывали связь с источником питания, запирали внутри. Дерево было парализовано.