Я не двигался с места, все мое существо было напряжено до предела. Я анализировал: как дрожат кончики ветвей, как пульсирует древесное Ядро, пытаясь разорвать сковывающие его цепи. Сколько времени пройдет до первого, самого слабого движения? Я впитывал каждую деталь, каждое ощущение, запоминая эффективность и длительность действия умения.
Результат мне понравился. Несмотря на свой титул «Зрелой Живой Древесины» и заявленный «смертельный» уровень угрозы, дерево было невероятно слабо. За все эти дни ему не удалось призвать ни одного нового монстра, а ветви не отросли. Это означало, что регенерация дерева, судя по всему, едва работала.
Действия умения хватило на две минуты. Много ли это? Смотря как посмотреть. Чтобы срубить такую махину — непозволительно мало. Чтобы поразить его ядро — более чем достаточно.
Ровно через пятнадцать минут, когда моя живая энергия восстановилась на одну единицу, позволив прикоснуться к умению, я активировал его.
И только тогда сорвался с места.
Без лишнего звука. Молча, быстро и низко пригнувшись, я рванул вперед, к основанию ствола, к багрово-алому клубку слабых точек — к Ядру.
Щупальца все еще были неподвижны. Воздух свистел мимо ушей. Сердце колотилось. Я был всего в нескольких шагах от цели.
Глава 15
Удар, еще один, затем следующий.
Неистовые, направленные в одну точку, исполненные мощью плеч, спины и воли. Удары, в которые я вкладывал всё: ярость к этому древнему злу, страх за город и память о погибших. Топорище впивалось в ладонь, отзываясь глухим звоном в костях, лезвие же, ведомое неукротимым порывом, чертило в воздухе ослепительные дуги, вонзаясь в пульсирующее сердце чудовища.
Минуты казались вечностью. Мне чудилось, что я не успевал. Щупальца, скованные «Корневыми Оковами», уже начинали шевелиться, из последних сил разрывая невидимые путы.
Алое ядро, плотное и живое, оказалось невероятно твердым и сопротивлялось, будто было отлито из стали.
В самый критический момент по лезвию пробежала тончайшая, едва заметная голубоватая вспышка, похожая на жаркое марево над раскаленным камнем. От нее исходила мощная, сконцентрированная сила. Удар, до этого встречавший яростное сопротивление, вдруг пошел как по маслу. Сталь с оглушительным хрустом, словно ломалась кость великана, рассекла плотную оболочку ядра.
Я отпрыгнул, едва удержав равновесие, и замер, тяжело дыша. Эффект «Корневых Оков» исчез, но теперь в нем не было нужды: дерево было мертво.
Тишину нарушал лишь тихий, ликующий щебет у меня в сознании. Мимио!
В решающий миг я не просто почувствовал его поддержку, а увидел, как от крошечной фигурки помощника отделился небольшой, но невероятно яркий сгусток энергии, устремившийся к острию. Он окружил его, создав на его кромке тончайший, почти невидимый, невероятно плотный и острый энергетический слой. Именно он и стал тем кайлом, что разбил броню ядра.