Ксела, не говоря ни слова, извлекла из своего бездонного инвентаря несколько артефактов. Они напоминали простые очки с дымчатыми, почти черными линзами и тонкой оправой из темного металла. Она молча раздала их каждому из нас.
— Наденьте. — коротко скомандовала Ксела.
Я подчинился, надев очки. Мир не преобразился до неузнаваемости, не вспыхнул неестественными красками. Он будто… прояснился. Густые, казалось бы, непроглядные тени под сенью крон рассеялись, уступив место видимым серым оттенкам. Я мог разглядеть каждую трещину на коре ближайшего дерева, каждую извивающуюся ветку, каждый камень, притаившийся на земле. Эти очки не дарили сверхъестественного зрения — они лишь отсекали тьму, превращая кромешный мрак в сумерки, где можно было уверенно ориентироваться. Как же удобно было путешествовать с Творцами, чьи карманы, казалось, были бездонными источниками самых полезных безделушек.
Ксела, поправив свои очки, бросила последний оценивающий взгляд на нашу группу. Ее лицо стало серьезным, взгляд — твердым.
— Начали. — произнесла она тихо, но ее слова прозвучали как приговор.
И первая сделала шаг. Ее ботинок уверенно ступил на темную, влажную почву, усеянную хвоей и гниющими листьями, которые уже принадлежали Лесу.
Мы двинулись за ней, шаг за шагом. Сначала я, за мной — Лериан и Гаррет, затем Бранка, Горст, Эдварн и Каэл. Лина, зажатая между воинами, шла в центре. Ее лицо было бледным, но в глазах горела решимость.
Сделав несколько шагов, я обернулся. Сквозь стволы деревьев, залитые утренним солнцем, проглядывали руины «Серого Стража». Они казались призрачным напоминанием о мире света, который мы только что покинули. Но стоило нам сделать еще несколько шагов, как густые заросли сомкнулись за спиной, поглотив последний луч надежды. Мы остались одни. В кромешной тьме. В пасти чудовища.
Так началось наше путешествие.
Глава 12
Первый шаг вглубь Великого Леса стал границей между привычным миром и чем-то совершенно иным. Воздух сгущался, пропитываясь влагой и сладковато-гнилостным запахом. Сквозь плотное переплетение крон пробивался лишь тусклый, болотный свет, окрашивая всё вокруг в зловещие зелёно-серые тона. Мы двигались, затаив дыхание, и казалось, сама тишина вокруг дышала — враждебно и настороженно.
Я ожидал увидеть сплошную стену Живой Древесины, пульсирующую злобной энергией, однако реальность оказалась куда более многогранной. Гигантские, древние деревья окружали нас: их кора была покрыта мхом и струйками черной, смолоподобной субстанции. Они источали угрозу, но не были системными монстрами в привычном понимании. Скорее, вся эта чаща представляла собой единый, больной организм, а Живая Древесина — его раковые опухоли, узлы концентрации зла.