Я прочитал строки вслух, и слова повисли в тихом воздухе площади, словно камешки, брошенные в бездонный колодец.
— Первого Игрока… — повторил Лериан, в его голосе прозвучала дрожь. — Но… как? Они знали, что он придет и сами воздвигли ему статую здесь?
— Заметьте, — тихо произнес Гаррет, его лицо было бледным, — она не изменила позу. Все статуи в мире отреагировали на твое появление, Макс, подняв оружие. А эта… нет. Она осталась прежней. Значит…
— Значит, эта статуя — не просто символ. — закончила за него Ксела. Ее острый взгляд скользил по постаменту, по плитам под ногами. — Она здесь для чего-то. И главный вопрос — для чего именно?
Я стоял перед древней статуей, чувствуя, как загадки сплетались в тугой узел. Город Творцов, подчинивший Лес, статуя Первого Игрока в его сердце и ее молчание, когда весь мир, казалось, возвестил о моем приходе.
Что все это значило?
Медленно, почти против собственной воли, я поднял руку и протянул ее к холодному камню статуи.
Глава 22
Моя рука замерла в нескольких сантиметрах от холодной, покрытой вековой пылью поверхности статуи. Пальцы уже ощущали ледяное дыхание камня, но внезапно мощная хватка на запястье резко отдернула меня назад.
— Не трогай. — прошептала Ксела у самого уха, её низкий и не терпящий возражений голос, пронзил тишину. Стальные тиски её пальцев сжали моё запястье. — Это плохая идея. Мы не знаем, что они задумывали и какая логика была вложена в эти камни. Прикосновение к неизвестному — прямой путь к глупой смерти.
Я попытался вырваться, но её хватка лишь крепче сомкнулась.
— Послушай, Макс. — она резко повернула меня к себе. В её тёмных глазах, обычно бездонных и спокойных, плясали тревожные искры. — У нас есть цель — поиск артефакта контроля. Всё остальное — лишь любопытство, которое может подождать. Пойдём.
Она отпустила мою руку, но её взгляд не оставлял сомнений: спор окончен. Внутри меня бушевало сопротивление, кричащее, что эта статуя — ключ. Что нужно прикоснуться, почувствовать, понять. Каждое волокно моего существа тянулось к этому камню, словно он был магнитом.
Но логика Кселы была железобетонной. Мы рисковали всем ради одной цели, ради шанса остановить Лес. Нельзя было ставить под угрозу миссию из-за смутного предчувствия.
Я с силой выдохнул, отводя взгляд от безликого капюшона статуи. Камень молчал, храня свои вечные тайны.
— Ладно. — процедил я сквозь зубы. — Идём.
Мы отошли на край площади, к полуразрушенному зданию с обвалившейся колоннадой. Там, на груде аккуратно обтёсанных, но теперь хаотично наваленных блоков, мы уселись. Тишина вокруг была настолько плотной, что казалось, мы говорили шёпотом, хотя голоса звучали в полную силу.