— Вот как? Не знал, что она там есть, — проронил старик, всего лишь на миг застыв, слегка удивлённый моим энтузиазмом, но вскоре вернулся к своему занятию, сосредоточенно, почти с каким-то детским удовольствием, густо намазывая блинчик сметаной, стараясь покрыть каждый его край.
— О… ваша кладовая — настоящий кладезь интересных вещей, — заметила я, довольно улыбнувшись, невольно вспомнив первое впечатление от увиденного.
Выстроившиеся вдоль стен груды запыленных коробок и сундуков. В углах свисало ажурное кружево паутины, придавая помещению еще более загадочный вид. На полках, которые, казалось, вот-вот обрушатся, хранились припасы: выцветшие стеклянные банки с почти стертыми надписями, среди них можно было различить «джем» и «мёд», несколько старых бутылок из темного стекла со слегка покосившимися пробками.
Там же, среди многообразия хлама, я нашла несколько запыленных рулонов ткани — тяжелой, шерстяной, с едва различимым цветочным узором. В одном из углов лежала старая медная лампа, потемневшая от времени, и несколько деревянных ящиков, обитых ржавыми металлическими полосами. Когда я осмелилась приподнять крышку одного из них, внутри оказались стопки пожелтевших газет и рекламных листовок, которые, вероятно, разносили по домам лет двадцать или даже тридцать назад.
На нижних полках лежали инструменты, покрытые ржавчиной, но всё ещё крепкие: молотки, несколько длинных гвоздей, чугунные щипцы и даже пара стеклянных дверных ручек с гранями, как у старинных бокалов. Стекло было мутным, но красивым, отражая тусклый свет в виде мерцающих искорок…
— Хм… делай, как считаешь нужным. Если потребуется помощь, скажи, — прервал мои воспоминания старик, а через секунду раздался скрежет отодвигаемого стула. Мсье Харви неторопливо поднялся, устало потянув плечи, и, легко постукивая пальцами по столу, добавил, — спасибо, Эмилия. Пойду… мсье Элфи должен зайти за своими часами, а я их ещё не собрал.
— Хорошего дня вам, мастер Харви, — с тёплой улыбкой пожелала я, взглядом провожая направляющегося к выходу старика, пока его фигура не растворилась в полумраке коридора, оставив после себя слабый аромат мыла и машинного масла…
Глава 17
— Здесь придержи и немного капни масла, — проговорил месье Харви, показывая мне несложную для новичка работу.
— Так? — выполнила все в точности, как говорил мастер, бросив украдкой взгляд на старика.
— Верно, — довольно улыбнулся он, возвращаясь к прерванной работе. Сняв заднюю крышку карманных часов, принялся откручивать винтики, вытаскивая пружины и шестеренки, каждая из которых была размером едва ли больше головки булавки. Его руки двигались точно и уверенно: он бережно поднимал каждую деталь, рассматривал её на свету, проверял на наличие трещин и деформаций. Одна из шестеренок оказалась слегка погнутой — мастер отложил её в сторону. Придвинул коробку с запасными деталями и, найдя нужную шестеренку, установил её на место, проследив, чтобы она плавно вошла в зацепление с остальными. Затем мастер капнул пару капель специального масла на зубцы шестеренок, чтобы они двигались плавно, как хорошо отлаженный музыкальный инструмент. Когда сборка была завершена, он завёл часы, внимательно слушая их тиканье — равномерное, успокаивающее.