Я взял его и, открыв крышку, увидел золотые часы с толстой золотой цепью.

— Благодарю, но…

— Никаких но! Это тебе подарок от меня. По-хорошему, я должен был представить тебя к награде, и я так и сделал, вот только… — он снова замялся. — Губернатор не позволил мне завершить начатое. Более того, он собрал о тебе сведения и велел… Завести против тебя дело о незаконной лечебной деятельности, а тебя самого взять под стражу, — говоря это, городничий смотрел вбок и лишь в конце поднял на меня виноватые глаза. — Здесь тебе не будет ни славы, ни почета, только ссылка и каторга.

Я сглотнул, чувствуя, как сердце стало биться чаще. Ну вот и все, случилось то, чего я боялся.

— Ясно, — выдохнул я. — Прямо сейчас возьмете под стражу или позволите попрощаться с близкими?

— Нет, этого не будет, — заговорщически прошептал он. — Губернатору сообщу, что замешкался и постановление на твой арест только утром сделал, а ночью ты куда-то подевался, и найти тебя не можем.

— Куда подевался? — не понял я.

— Бежать тебе надо, Степа. Бежать из города, и чтоб утром духу твоего поблизости не было.

— Бежать? Сейчас? — напрягся я, ведь у меня были совсем другие планы.

Сергей и Полина готовили меня к поступлению в академию, только вчера я новый дом снял, наконец-то избавился от Ерофея и… бежать. Куда?

— Прямо сейчас. Если утром тебя найдут — поедешь на каторгу,, ведь губернатор наш терпеть не может знахарей.

— Ясно… Спасибо, что предупредили, — я поднялся и двинулся в сторону двери.

— Степа, — позвал меня Юрий Валентинович и извиняющимся тоном продолжил: — ты уж прости меня, что не смог тебя отстоять. Я человек подневольный. Вынужден подчиняться

— В этом нет вашей вины. Здоровья вам, — кивнул я и вышел из кабинета.

Ноги сами вывели меня из управы, и я даже не заметил, как очутился у дома.

— Ну что? — вышел на крыльцо Семен. — Зачем городовой приезжал?

— Уезжаю я. Собери мне что-нибудь поесть в дорогу.

— Куда собрался на ночь глядя? — напрягся Семен. — Отдохнешь и утром поедешь.

— Утром будет поздно.

Я вкратце рассказал ему о том, что случилось. Семен выслушал меня и сразу приуныл. Даже глаза заслезились, но он сдержался.

— Все понятно. Помогу тебе собраться, чтобы ничего не забыл.

Пока парень возился на кухне, я сел за письменный стол генерала и начал писать письмо для Полины и Сергея. Это дело давалось мне с трудом, но я вкратце расписал причину отъезда и попросил позаботиться об Алевтине. Ей я тоже написал несколько слов, где пожелал счастья и напомнил об осторожности. Затем написал письмо Илье, в котором попросил его верить в себя и пообещал написать, когда устроюсь на новом месте.