— Чего? — не понял Павел.

— Искровые промежутки, — я вырвал листок и начал рисовать на следующей странице. — Два куска металла с маленьким зазором — вот так, видишь? Один к линии, другой к земле. Расстояние между ними — две линии. Обычный сигнал через воздух не пройдет, слишком слабый. А молния — прошьет зазор искрой и уйдет в землю. Предохранитель. Мы должны поставить их на входе в каждую станцию. Иначе мы сожжем всё к чертям при первой же летней грозе.

Я вырвал оба листка из блокнота и сунул их Павлу.

— В Тулу. На завод. К Савелию Кузьмичу. Пусть бросает всё и кует штыри. Тысячи штырей. И проволоку железную, толстую, катанку. А ещё — латунные пластины для разрядников, отполированные до блеска.

— Опять аврал? — с тоской спросил Соболев. — Мужики только выдохнули после канатов…

— Это не аврал, Паша. Это эволюция, — я посмотрел на обугленный столб. — Природа учит нас, бьет по носу, как щенков. Больно бьет. Но если мы не усвоим урок сейчас, следующая молния может убить не столб, а всё дело. Или человека.

Я развернулся к бригаде:

— Мужики! Слушайте меня! Работа меняется. Останавливаем стройку.

По толпе прошёл недовольный гул.

— Что, опять? — выкрикнул кто-то. — То канаты, теперь это…

— Да, опять! — перекричал я. — Потому что иначе всё, что мы построили, сгорит дотла! Вы видели, что молния делает с проводом? Хотите, чтобы это повторялось каждую грозу?

Гул стих. Мужики переглядывались.

— Строим времянку здесь. Прямо сейчас. Мне нужен навес, печь, наковальня. И кузнец. Где ближайший кузнец?

— В деревне Слободке, — подал голос один из рабочих. — Верстах в трёх.

— Скачи за ним. Говори — двойная плата, но нужен сейчас. И пусть везёт железо. Полосовое, толщиной в палец. Много.

Мужик кивнул и побежал к лошадям.

Павел стоял рядом, и я видел в его глазах смятение.

— Егор Андреевич, — тихо сказал он. — Это же… это недели работы. Снабдить каждый столб такой штукой. У нас их сотни.

— Тысячи будет, когда дойдём до Москвы, — ответил я. — Но мы сделаем это. По-другому нельзя.

Я посмотрел на испуганные лица рабочих. Они устали. Они хотели закончить эту стройку и вернуться домой. Но я не мог им этого дать. Пока нет.

— Павел, отправь гонцов по всем бригадам, — скомандовал я. — Пусть прекращают тянуть новые пролёты. Все силы — на установку громоотводов. Начинаем от Тулы и идём по уже готовым участкам. Каждый пятый столб на открытой местности, каждый десятый — в лесу.

— Это замедлит нас, — мрачно констатировал он.

— Замедлит, — кивнул я. — Но мы доберёмся до Москвы с рабочей линией, а не с обугленными руинами.