Аркадий Юрьевич Мещеряков, старший помощник капитана, выглядел, как всегда, безупречно. Худощавый, высокий, с узким, со стрелочками-усиками, лицом истинного аристократа… Сие впечатление подчеркивала ослепительно белая сорочка с черным узеньким галстуком, ярко сверкающие пуговицы, начищенные до блеска башмаки, и тщательно выглаженные брюки.

— Да, — старпом отрывисто кивнул. — Капитан просил пояснить вам насчет размещения пассажиров.

— Ах… да, да. Слушаю вас!

— Пойдемте на мостик. У меня как раз вахта… Да и все судовые журналы там.

Поднялись на капитанский мостик. На конторском столике, слева от штурвала, горела керосиновая лампа.

— Садитесь.

Указав на стул, Мещеряков уселся и сам, вытащив журнал пассажиров:

— Ну-с… вот! Вот посадка в Рыбинске… Все — согласно купленным билетам. А вот тут — просьбы… вот… Смотрите.

Иван Павлович подвинул лампу поближе:

— 07.35. Просьба от гр-на С-А СШ о предоставлении отдельной каюты. По-возможности. Просьба удовлетворена в 07.50.

— То есть, практически сразу? — поднял глаза доктор.

— Так да, — старпом улыбнулся. — Пассажиров немного, свободные каюты имеются. Чего тянуть?

— Аркадий Юрьевич… А это вы лично записывали?

— Ну да! — пожал плечами Мещеряков. — И все хорошо, помню. Американец сразу про каюту и спросил. Я обещал посмотреть.

— То есть, сперва — про каюту… А про соседа когда?

Старпом пододвинул журнал к себе:

— А про соседа — это уж следующий вопрос был. Я ему и тут ответил — согласно билету… Ну и каюту нашел. Кажется, неплохой человек был американец. Ведущий инженер! Помогать нам ехал и… Вот ведь — судьба!

— Да уж. Врагу не пожелаешь, — прощаясь, задумчиво покивал Иван Павлович.

Вот это было интересно! Оказывается, про свободную каюту Симмонс спросил сразу же! А уже потом — пока искали — поинтересовался возможнымсоседом. Так, значит, ему было все равно — кто сосед? Лишь бы никого не было! Лишь бы одному.

Да, одному спокойнее… Правда — скучновато. Впрочем, всегда можно кого-то привести, позвать… Ту же Леночку! Может, и вправду, прав Ланской со своими пошлыми догадками-мыслями?

Что ж…

Не откладывая дальнейшие поиски в долгий ящик, доктор занялся «проверкой санитарного режима».

У каюты Праскухина никто посторонних не замечал. Может, просто не увидели. Что же касается американца, то…

— Та ни, нихто до него не приходив, не ломився… — пояснил в соседней каюте некий плотненький круглолицый тип с вислыми усами — счетовод сельхозартели Корниенко. Именно так он и представился.

Сказал… подумал… и вдруг хлопнул себя по лбу!

— Та как же не прилив? Вот же дурень! Приходила ж! Девица. Рыжая такая. Нахальная. Та она ж в салоне с нами обедает!