— Что-то они оба могли попросту не заметить. Что-то заметили, но не поняли или не запомнили. Вот и верят. В худшем случае — сказали не обо всем, что видели. Но прямой лжи я в их показаниях не уловил, — пояснил я свои слова.

— Хм, — Лахвостев задумчиво повертел в руке ложку и аккуратно положил её в опустевшую тарелку, совсем ещё недавно наполненную фасолевым супом. — Это так действует ваше предвидение?

— Моё предвидение действует больше в отношении меня самого, — ответил я. — В случае с капитаном Бразовским и старшиной Буткевичем я себя прямо обманутым не почувствовал, но и полной уверенности в их правдивости не ощутил. Потому и искал возможные этому объяснения. И, как мне представляется, нашёл.

— Что ж, Алексей Филиппович, я вас понял, — подытожил майор. — Давайте тогда закончим с обедом и отправимся в губную управу. Что-то мне подсказывает, что там мы тоже услышим немало нового…

Приказ командира, пусть даже и выраженный в виде пожелания, надо выполнять, поэтому с обедом мы покончили быстро и решительно. Губная управа располагалась неподалёку, и мы двинулись туда пешком, заодно и прогулявшись после сытного обеда.

— Капитан Бразовский… — старший губной пристав Афанасий Петрович Поморцев поудобнее устроился на стуле, провел рукой по своей обширной лысине, будто приглаживая давно выпавшие волосы, и грустно вздохнул. — Как я понимаю, военные дознаватели по-прежнему не хотят отдавать его нам?

— Не хотят, — подтвердил Лахвостев. — Более того, его, вполне возможно, допросят под заклятием.

— Даже так? — Поморцев задумчиво почесал бакенбарды — сначала на правой щеке, затем на левой. — Ну, оно, может, и к лучшему. Вот только что с убийством купца Маркидонова делать, ежели Бразовский невиновным окажется, я и не знаю…

— Это почему же не знаете? — удивился Лахвостев. — А продолжать поиск маньяка?

— Так ни при чём там маньяк-то, — отмахнулся Поморцев. — Не он Маркидонова убил. Потому и хотели мы Бразовского у военных вытребовать.

Не сговариваясь, мы с майором изумлённо переглянулись. Ну ничего себе новость!

— И почему же маньяк в случае с убийством Маркидонова ни при чём? Пояснить не соблаговолите? — скрывать недовольство Семену Андреевичу удавалось явно с трудом.

— Предмет, коим купца по голове ударили, был иным. Не тем, что во всех остальных убийствах, — не сразу ответил Поморцев. — И кололи купца в сердце по-иному.

— Как это по-иному? — нетерпеливо переспросил майор Лахвостев.

— Маньяк-то своих аккуратно колол, примериваясь поначалу. И ежели жертва в пальто была или в шубе, всегда то пальто или шубу распахивал. А Маркидонова прямо через пальто со всей силы прикололи. Так что никак это не наш маньяк убивал. Другой кто-то, — Поморцев даже руками развёл.