…С утра мы опять навестили ставку городового войска, майор Лахвостев распорядился выдать мне бумаги по оплате провиантских поставок, и я довольно быстро убедился в том, что никакого перерасхода казённых денег капитан Бразовский с дополнительными закупками не допускал. То есть на самом деле таковой перерасход время от времени случался, но с очередной крупной закупкой у Маркидонова снова уходил в минус. Причем эта самая закупка всегда совершалась перед очередной ревизией, проводившейся в хозяйстве Бразовского. К обеду вернулся Лахвостев, уж не знаю, где он провёл то время, что я рылся в бумагах, а отобедав, мы приступили к допросу Бразовского.

В получении откатов от Маркидонова капитан признался пусть и не сразу, но все равно довольно быстро. Даже суммы откатов назвал — как я подозреваю, сильно заниженные. А про ругань с Маркидоновым стоял на своём: купец-де хотел меня в воровские дела вовлечь, чтобы я на гниль глаза закрывал за мзду, а я — ни в какую. В общем, с тем мы Бразовского и отпустили, написали доклад на имя генерал-бригадира Михайлова, да поговорили с майором Степановым. Поговорил, понятно, Семён Андреевич, а я с умным видом молчал.

— Я, Иван Данилович, в ваши дела никоим образом не вмешиваюсь, но вот что вам бы посоветовал, — говорил Лахвостев, а Степанов внимательно слушал. — Ущерба казне Бразовский не нанёс, но когда государев человек получает за исполнение служебных обязанностей деньги от лица, никакого отношения к государевой службе не имеющего, это совершенно не дело. От провиантских поставок капитана Бразовского следует, конечно же, отстранить, но вот официальным порядком снимать с него подозрения в убийстве Маркидонова я бы на вашем месте не стал до тех пор, пока настоящего убийцу или убийц не изловят.

— Прошу прощения, Семён Андреевич, а зачем? — не понял Степанов.

— Если уж Бразовский совершил неблаговидный поступок, который, однако, нельзя назвать преступлением, пусть получит неприятность, которую нельзя назвать наказанием, — Лахвостев состроил благостное лицо и, увидев понимание на лице собеседника, весело ему подмигнул.

Майор Степанов заливисто рассмеялся, я тоже позволил себе хихикнуть.

— А вот это вы, Семён Андреевич, замечательно придумали! Ха-ха-ха! Неприятность, которую нельзя назвать наказанием, ха-ха! Уф-ф, Бразовскому такого надолго хватит! Я так и сделаю, уж будьте уверены! — от смеха у Степанова аж слёзы выступили.

…Старший губной пристав Поморцев на месте отсутствовал, но нас заверили, что он обязательно вернётся. Наши попытки выяснить причину отсутствия Поморцева особого успеха не имели, единственное, что удалось узнать — старший губной пристав срочно выехал на место преступления, не успев даже толком пообедать. Что ж, мы решили испытать удачу и подождать.