— Удалось хоть немного поспать? — спросила я, растирая шею и расправляя плечи.

— Немного. — Он встал, потянулся, и мышцы под татуировкой заходили ходуном. — Вертолеты уже в пути. Будут через сорок пять минут. Пора убираться отсюда.

Мы вновь нарушили правило тридцати сантиметров — по одному посетили туалет, — но после этого Нейт не отходил от меня ни на шаг. Я подошла к шахматисткам и их родителям, которым уже сообщили о нашем скором вылете, и проверила, все ли у них в порядке.

Хорошо бы сегодня обошлось без происшествий.

Тревога усиливалась с каждой секундой, и от страха у меня по спине бежали мурашки, но я заставляла себя улыбаться ради девочек. Шесть девочек были точно такими, какими я помнила их по нашим видеозвонкам. Любознательные, смешливые, они безупречно владели английским, и я пожалела, что в школе выбрала французский, а не более редкий язык. Могла бы сейчас отвечать им на таком же безукоризненном пушту.

— Визы в этом конверте, — сообщила я тренеру Ниаз и протянула ей большой запечатанный конверт из крафт-бумаги. Девочки собирали вещи. — Я держала их при себе на всякий случай.

— Спасибо. Я раздам их семьям, если нас разлучат, — произнесла эта невысокая женщина, поправила сумку на плече и улыбнулась. В ее карих глазах стояли слезы, а когда она улыбалась, в уголках образовывались морщинки. — Как мне вас отблагодарить? Жаль, что вам пришлось тащиться в такую даль, но…

— Не надо лишних слов. — Эмоции быстро и безудержно захлестнули меня, в горле застрял комок. За двадцать восемь лет, прожитых на этой земле, я еще никогда не совершала таких значимых поступков. — Помогать вам — честь для меня, — выдавила я и сжала ее руки.

Подошел Грей и оперся о плечо Нейта:

— Пять минут.

Нейт посмотрел на меня. Я кивнула.

— Пора, — скомандовал он на весь зал, а мне напомнил: — Держись рядом.

Другие оперативники взяли на себя своих подопечных — каждого приставили к одной семье. Один остался дежурить у выхода.

Нейт протянул мне кевларовый шлем, и я натянула его поверх растрепавшегося пучка. Потом надела бронежилет. Слава богу, Нейт разрешил мне снять его на время сна.

По пути к выходу мы миновали груду сухих пайков, вышли в коридор и спустились по лестнице.

— Вы нарочно еду оставили?

Нейт кивнул, сосредоточенно оглядываясь по сторонам:

— Запас еды им не помешает. Они фактически отрезаны от мира.

— И мы просто бросим их здесь?

Я посмотрела на него, но Нейт уже переключился в рабочий режим. Об улыбках и нежностях можно было забыть. Таким я видела его только здесь, в Афганистане.

— Не все хотят, чтобы их спасли, Иззи. — Он крепче сжал винтовку. Мы шли через длинный терминал.