— Потому их никто и не узнаёт, — поддакнул Матузков, — и отпираются наши менты, так как уверены в том, что их не поймают.
Глава 10 Утраченное вдохновение
Степанида всё сильнее прикипала душой к Матузкову, а домовой — к отделу. В этом была весомая разница между Хозяином и его верной подругой. Домовой раздражался, что Матузков занят сразу кучей дел, а по его нечистому мнению, нужно было в первую очередь расследовать убийство Плотникова. Степанида защищала следователя, и всегда кивала, когда Матузков повторял: «Нет маленьких расследований, есть ленивые сыщики. Маленькое дело может принести весьма весомые плоды». А ещё ей нравилось, что Матузков знал всех и каждого. Он помнил подноготную любого жителя и его родословную до пятого колена. Удивляло также и то, как ловко он обращался с нечистью. Матузков не только не робел в их присутствии, но и с удовольствием общался с такими посетителями, и не делал различия между духами и людьми. Так она и познакомилась с Коловёршей, которой в последствии суждено было сыграть весомую роль в истории расследования убийства Плотникова.
Где-то через пару дней, поутру, в кабинет Матузкова заявилась аппетитная грудастая молодка с лопатой в руках. Матузков широко заулыбался. По всему было видно, что он знал визитёршу. Матузков пожал её руку и осведомился, как её, Коловёрши, здоровьичко. Домовой взглянул на туго натянутую на груди посетительницы вышитую блузку, мгновенно нырнул за сейф, а вынырнул уже опрятным и нарядным. Синяя форма городового с двумя рядами латунных пуговиц, гербовой пряжкой на ремне и красными погонами была очень к лицу Бороде. Потому и Степанида прервала свой завтрак, вытерла усы и выскочила посмотреть, для кого прихорошился её возлюбленный.
— Здоровья честной компании, — поклонилась Коловёрша и деловито сунула лопату в уголок.
— И вам не хворать, — Матузков показал рукой на стул напротив своего стола.
— Как тут относятся к спиртному? — осведомилась посетительница.
— Вы предлагаете или осуждаете? — встречно осведомился Борода.
Коловёрша метко зыркнула в его сторону и кивнула.
— С вами ясно. Вопрос тогда к Старшому.
— На службе — ни-ни, — заверил её Матузков.
— А опосля оной? — не унималась Коловёрша.
— Только в приличной компании и с дамами. Белое бордоское, массандра… — Матузков закатил глаза.
— В каком году-то? Чай не теперь? — хмыкнула Коловёрша.
— Не-не, теперь только чай.
Степанида вскарабкалась по штанине Матузкова, вскочила на стол и подбежала к посетительнице вплотную. Очень ей нравилось осуждение пьянства в глазах Коловёрши.