Так много всего происходило одновременно, что никто из окружающих, казалось, не осознавал, что творится. Мои знакомые были слишком заняты и утомлены и не задумывались о происходящем. Хлопоты о том, чтобы достать достаточно еды и одежды для себя и своей семьи, становились все труднее с каждым днем и отнимали большую часть энергии и времени. Промышленность, кроме того, подстегивали все быстрее, таким темпом, что ни у рабочих, ни у служащих не оставалось сил'.
И действительно — первые годы первой пятилетки отметились дикой инфляцией. Напомню, что индустриализацию мы делали «на свои», причем денег у нас не было. Плюс — основной расчет был на экспорт хлеба, а из-за Великой Депрессии стоимость продовольственных товаров на мировом рынке рухнула к бениной матери. А соскочить уже нельзя, процесс запущен, мы уже едем, панове. Поэтому деньги выскребали отовсюду, откуда только могли.
Один из самых весомых источников финансирования индустриализации — эмиссия бумажных денег. Грубо говоря, советское правительство перестало держать золотой червонец — свою недавнюю гордость и включило печатный станок. Рост денежной массы, не обеспеченной товарами, продолжался в огромных масштабах до конца первой пятилетки. Эмиссия выросла с 0,8 млрд рублей в 1929 году до 3 млрд рублей в 1933-м. Это привело к инфляции в стране, взлету цен, и, как следствие, к резкому ухудшению экономического положения населения.
Эти годы давно стали легендарными, а любая легенда приукрашивает действительность — в ту или иную сторону. Поэтому одни говорят, что индустриализация — это когда тоталитарный режим строит промышленные гиганты на костях сначала сосланных, затем вербованных кулаков. Другие злятся и кричат, что все было не так, был всенародный подъем, песня «Мы покоряем пространство и время, мы — молодые хозяева земли» и героическое выполнение мудрых планов партии по строительству промышленных гигантов.
Истина, как водится, где-то посредине. Подъем был, но не всенародный — а лишь у тех, кто искренне поверил в Великую Мечту. Это не специфика Советского Союза, это общечеловеческое. Настоящих буйных мало во все времена и при всех режимах — тут Высоцкий прав.
Но именно они учиняют любую глобальную движуху, будь то христианство в Римской империи или исламский фундаментализм в постиндустриальном мире. Эти вот буйные десять процентов населения и ведут за собой всех остальных — «нормальных».
Всегда.
А «нормальные», в общем-то, ничего и не хотят, кроме как спокойно жить и мирно работать, никому не мешая. Но нет — «Время выбрало нас!» — говорят им. Задача, решить которую подписались «буйные», как правило слишком глобальна, чтобы у кого-нибудь получилось отсидеться. Вот и приходится «нормальным» становиться полноправными соавторами подвигов, масштаб которых будет поражать людей еще не одно столетие.