Мы с ним расстались, когда Тевосян сманил его к себе в «Спецсталь».
Вот о спецсталях и поговорим
Металлург
С Тевосяном мы расстались, когда он в 1930 году вернулся из зарубежной стажировки, и его отчет был размножен и разослан по заводам в качестве пособия.
Тогда же его вызвал к себе Серго Орджоникидзе и поделился приятной новостью — на XVI съезде коммунист Иван Тевосян был избран членом Центральной контрольной комиссии — Рабоче-крестьянской инспекции (ЦКК-РКИ) и стал заведующим отделом черной металлургии ЦК ВКП(б).
Удивляетесь темпам карьерного продвижения моих героев?
Зря.
Во-первых, я уже говорил — именно мои герои были идеальными кандидатурами для выдвижения. С одной стороны — многократно проверенные большевики, с другой — как раз к моменту индустриализации они получили хорошее образование, в силу чего и стали «золотым кадровым запасом» Советской республики.
Власти, как вы помните, крайне осторожно, чтобы не сказать большего, относились к «спецам», но при этом вынуждены были что-то делать с дикой неграмотностью партийных активистов. Мои герои и их однокашники, избавленные от недостатков тех и других, были первыми претендентами на завидный профессиональный рост. Они и росли, причем не только герои этой книги. Двое их однокурсников, например, практически поделили между собой всю цветную металлургию страны: Дмитрий Перкин через несколько лет после окончания МГА стал начальником главка «Главцинксвинец» Наркомтяжпрома СССР, а Валерьян Языков — начальником «Главникельолова».
Это что касается общей предрасположенности. Если же переходить на персоналии — уж чьей карьере не стоит удивляться, так это стремительному взлету Ивана Федоровича Тевосяна. Подъем по служебной лестнице во все времена происходит по одним и тем же принципам, и иметь, например, свою «руку» в верхах еще никому не помешало в плане карьерного роста. А у Тевосяна этих самых «рук» было сразу две.
Во-первых, его протежировала Землячка. Как вы помните, Тевосян женился на одной из подчиненных Розалии Самойловны, секретаре Замоскворецкого райкома комсомола Ольге Хвалебной. На этом фото бюро ячейки РКП(б) фабрики «Красное веретено» 1924 года Хвалебнова — в центре.
Землячка относилась к молодой девушке чрезвычайно тепло, практически как к родной дочери, поэтому, де-факто, до самой смерти была Тевосяну «тещей». Дети Тевосяна и Хвалебной, фактически, выросли на даче у Землячки. Вот как об этом рассказывал сын, Владимир Иванович:
'Сколько я себя помню, жизнь проходила так: первоначально у нас дачи своей не было, и мы жили в Томилино у Розалии Самойловны Землячки. Мы занимали второй этаж, а Землячка — первый. Утром я вставал, я был тогда очень маленький, ложился на пол, бил ногами и кричал: буду будить бабу Зиси — так я называл Землячку. И меня хватали за шиворот и уводили гулять.