— Но вот чего не знаю, так это почему вы в авантюру с Потеряевским рудником ввязались? Или тоже верите, что там проход в Беловодье?
Глава 16
Старик посмотрел на меня внимательно, даже, пожалуй, как-то грустно. Его Дон Кихотовское лицо стало похоже на икону, в глазах появился свет, какой можно наблюдать у молящихся или у влюбленных.
— Многого ты не знаешь об этой жизни, Федор, — ответил мне со вздохом. — А я не верю, я знаю: есть такая страна. Праведная страна, где по старой вере люди живут. Многие искали ее, и находили. Вот только дорога не каждому откроется, а только тем, у кого сердце чистое и вера истинная. Как пройти в Беловодье, о том еще в восемнадцатом веке писали в путеводителе. Среди беспоповцев, дырников, бегунов давно слухи ходят. Но это все толки, которым веры нет. Они хоть и старой веры придерживаются, но напридумывали столько, что уже и разберешь, где ложь, а где правда. Однако все байки, сказки, слухи — все одно направление указывают: где-то возле Потеряевки.
Я его слушал, а в голове почему-то крутилась песенка Джа-ламы: «Ключик, ключик, где замочек». И когда думал об этом, чувствовал, как нагревается на груди камень. Не сильно, не обжигающе, просто вокруг кулона появилось ощущение теплоты. И тут же вспомнилась детская игра: «Холодно — горячо». То, что сейчас рассказывал Рукавишников, можно обозначить фразой: «Тепло, еще теплее».
— И что собираетесь делать? — спросил Зверев, внешне вроде бы спокойно, но я видел, как вокруг его головы полыхает алым. — Будете экспедицию организовывать?
— Пока рано, — ответил Рукавишников. — И снег с гор еще не сошел, и в права владения надо вступить. А вот в июне месяце, как все дела закончу, так и отправимся. Вы со мной, Дмитрий Иванович?
— Да у меня служба. А так-то с радостью! — ответил Зверев.
— Ну на счет твоей службы я сегодня с Болдыревым договорюсь. Будет тебе отпуск. А там уж как у нас получится, — и он усмехнулся, хитро, будто знал что-то особенное, что-то, о чем никому неизвестно.
— А ты, Федор, как раз сдашь экзамены. И заодно в деле тебя посмотрю. На Потеряевский рудник поедем. Дашь оценку, что там и как. В каком состоянии дела и что надо сделать, чтобы этот воз с места сдвинуть.
— Договорились, — ответил ему.
— Ну все, мне, старику, отдых нужен, — после этих слов Ивана Васильевича Зверев поднялся, попрощался и вышел. Я последовал за ним. Когда выходил из номера, было такое чувство, что спину мне прожигает взгляд этого опасного и жесткого старика.
— Ну и что скажешь, Федор? — спросил меня мой опекун, когда уже сели в пролетку.