И отчаянно ворвёмся
Прямо в снежную зарю.
Ты узнаешь, что напрасно
Называют север «крайним»,
Ты увидишь: он — бескрайний,
Я тебе его дарю!
— Зойка, да это про меня песня! Я весь Север тебе подарю! Ты посмотришь, как у нас красиво! — почти выкрикнул счастливый жених, подхватил на руки невесту и закружил. А я пел дальше:
— Увезу тебя я в тундру, увезу тебя одну,
Ярким Северным сияньем твои плечи оберну.
Звёздный иней загорится на ресницах серебром,
Сколько хочешь, самоцветов мы с тобою соберём.
Второй припев уже поддерживали не только Зинаида Ованесовна, но и летчики в зале. Я спел третий куплет:
— Увезу тебя я в тундру — и тогда поймёшь ты вдруг,
Почему к себе так манит, так зовёт Полярный круг.
Ничего, что здесь метели, не беда, что холода,
Если ты полюбишь Север, не разлюбишь никогда!
— Я тебя никогда не разлюблю, — вдруг очень серьезно произнесла девушка, глядя на Серегу Иванова. — Ты только возвращайся всегда с вылетов.
Распахнулась дверь землянки, заглянул дежурный и выкрикнул:
— Иванов! Ахметов! — срочный вылет.
Глава 15
Девушки-связистки увели с собой Зою и Зинаиду Ованесовну. Нас пригласили в свою землянку летчики. Вова, как всегда счастливый, особенно, когда ему удавалось хорошо покушать, сразу уснул. Иосиф Самуилович что-то тихо бубнил себе под нос, беседуя сам с собой, но скоро тоже засопел.
Мне не спалось. Я развернул списки погибших, которые забрал у Зинаиды, начал читать.
«27 октября 1941 года. Архаров Василий Петрович. Старший лейтенант. Заместитель командира эскадрильи 193-го истребительного полка на самолете ЛаГГ-3 не вернулся с боевого задания в районе города Калинин», — прочел я и вспомнил, что читал уже эти списки — именно эти, летчики, погибшие и пропавшие без вести во время боев на Калининском фронте. В моем времени под этой строчкой была приписка: «Попал в плен. Освобожден после войны»…
Читал дальше: «27 октября 1941 года. Дубров Пётр Савич. Старший сержант. Стрелок-бомбардир 132-го скоростного бомбардировочного авиационного полка. Не вернулся на самолёте Пе-2 из боевого вылета по нанесению удара по переправе через реку Волга в городе Калинин», — и этот жив. Насколько помню, вернулся в полк…
Но не всем так везло. Хотя… язык не поворачивался назвать везением ни плен до сорок пятого года — до самой Победы, ни то, как человек, выпрыгнув из горящего самолета, приземлился на территории, занятой врагом и потом пробирался к своим.
Надеюсь, и Иванов, и Ахметов, вылетевший на втором самолете, вернутся сегодня живыми.
Я прочел список до конца: Рассадкин, Швидский, Фиттерман, Савин, Бут, Порпуро, Дубовой… Фамилии, много фамилий. И это только бои за Калинин. В этих списках каждая строка заканчивается либо «погиб при выполнении боевого задания», либо «не вернулся из боя».