Например, мы можем задать простой вопрос: «Как ты думаешь, как связан твой страх подхода к девушкам (твой симптом) с теми ситуациями, которые ты вспоминал? ». Если клиент неспособен отыскать связь, мы уже можем добавлять интерпретации, постоянно сверяясь с мнением клиента:«Как можно видеть во всех этих ситуациях ты не мог проявить свою агрессию, в том числе из-за того, что твоя мать подавляла ее. По сути, тебе приходилось направлять свою агрессию на себя, а не во вне. Но агрессия в том числе проявляется не только в деструкции, но и просто в активных действиях. Тебя всегда страшила агрессия из-за страха навредить матери, но теперь ты можешь видеть, что агрессия может быть использована и более продуктивным образом». Или, например, интерпретация может быть такой:«Судя по всему ты, будучи маленьким посчитал, что ты недостоин матери, так как она постоянно сравнивала тебя с отцом, которого не любила. Но сейчас посмотри на себя, действительно ли тебе нужно ее одобрение? Действительно ли ты, такой же как отец?».
Хотя до этого мы и говорили о возможности появления ложных воспоминаний из-за неверных интерпретаций, однако, к данным интерпретациям это не имеет отношения, так как они, по сути, касаются лишь переоценки событий, нежели их фактического содержания. Однако, надо понимать, что все интерпретации мы делаем напрямую исходя из содержания наблюдаемых признаков и тех ситуаций, которые вспоминал клиент в регрессии, нежели пытаемся придумать, что-то свое. Например, если клиент заявляет о том, что неспособен ездить в лифте без других людей из-за страха и при этом вспоминает одну ситуацию где его бросил партнер; другую – где его покинул друг из-за переезда; третью – где его потеряли его родители – то мы можем объединить подобные ситуации и сказать, что по-видимому, его фобия обусловлена не страхом как таковым, а является способом не оставаться одному и компенсировать свое одиночества, беря кого-то с собой в лифт. Но мы не можем заявить, что его фобия обусловлена «фиксацией сексуального влечения к матери на лифте» просто потому, что что-то подобное мы прочитали в учебнике по психоанализу.
Также надо понимать, что наши интерпретации – это не просто какие-то высказывания для «большего познания себя». Более того, мы даже не можем говорить о том насколько правдивы и точны наши интерпретации, пока мы не увидим их результат. Таким образом, цель наших интерпретаций состоит, не просто в познании себя, а в изменении. В изменении мышления и поведения клиента и нахождении новых способов реализации его фрустрированных потребностей. Поэтому, в первую очередь, наши интерпретации направлены на то, чтобы указать клиенту не только на проблемные связи, но и на пути решения, а также на дефицитные потребности, которые и приводят к симптому. Например, клиенту с подавленной агрессией мы можем предложить поискать новые способы реализации его агрессии в социально приемлемых рамках.