Внезапно коридор расширился, и она вышла к огромному обзорному окну, занимавшему всю стену. Ноги сами остановились.

Звёзды за стеклом не просто висели – они неслись. Длинные светящиеся полосы тянулись через черноту, переливались, сталкивались и расходились. Где-то вдали пульсировала туманность, окрашивая пространство в синие и розовые тона.

Она поняла: они уже в пути. Корабль отстыковался от станции и сейчас летел сквозь космос на сумасшедшей скорости. Интересно, когда это произошло? Она даже не заметила.

Сирения прижалась лбом к прохладному окну, глядя, как мимо проносятся миры. Огромный корабль-планета ждал их где-то впереди.

– Красиво, – прошептала она.

Она не знала, сколько простояла у окна, – время будто остановилось. Но желудок напомнил о себе настойчивым урчанием, и пришлось признать: ужин был давно, а день выдался долгий. Путь до каюты она запомнила – пару поворотов, лифт, и вот она у знакомой двери с номером тринадцать.

– Сирин! – окликнул её знакомый голос.

Она обернулась. По коридору к ней спешил Рик, техник из столовой.

– А я тебя ищу, – улыбнулся он. – Вспомнил, что не сказал: можешь заказывать еду прямо в каюту. В панели на стене есть функция доставки. Нажимаешь на иконку с домиком – и всё запечатанное приходит в приёмный отсек твоей каюты. Удобно.

– О, спасибо, – кивнула Сирения. – А то я как раз собирался… э… перекусить.

– Только не вздумай снова тыкать наугад, – подмигнул Рик. – Там, кстати, есть раздел с фруктами. Для птицы твоей. Хотя в саду её кормят отлично, но вдруг захочешь побаловать своего пернатого.

– Точно, птах! – спохватилась Сирения. – Надо бы его забрать.

– Я как раз в ту сторону, – Рик махнул рукой. – Пойдём, провожу.

***

Они спустились на лифте и снова вошли в сад. Воздух здесь был тёплым и влажным, пахло цветами и свежей зеленью. Солнце – искусственное, но очень похожее на настоящее – клонилось к закату, окрашивая купол в оранжевые тона.

Птаха они нашли не сразу. Он сидел на нижней ветке раскидистого дерева, рядом с той же самой сине-зелёной самочкой. Его перья, отросшие и ухоженные, переливались в закатном свете, а сам он выглядел… довольным. Очень довольным. Самочка кокетливо чистила пёрышки и поглядывала на него.

– Ну ты ловелас, – хмыкнула Сирения.

Птах, услышав её голос, встрепенулся, курлыкнул что-то самочке (та ответила короткой трелью) и спорхнул вниз, приземлившись у ног хозяйки. Он важно прошёлся перед ней, распушив хвост, явно демонстрируя свои успехи.

– Вижу, вижу, – усмехнулась Сирения, подхватывая его под мышку. – Хорошо погулял. Ладно, пошли в каюту.