Повисла звенящая тишина.
Сирения моргнула. Птах самодовольно встряхнулся и ткнулся клювом в подружку – мол, видала, как я умею? Та одобрительно проворковала.
– Поздравляю, – сказала Сирения с самым невинным выражением лица, глядя на обалдевшую Чару. – На вас сошла благодать. Вы понравились редчайшей птице, единственной в своём роде. Это к удаче. По себе знаю. Теперь вы официально отмечены судьбой. Можете не благодарить.
Где-то сзади Лиан сдавленно хрюкнул. Вейн закашлялся, закрывая рот кулаком. Кэйден стоял с каменным лицом, но в его глазах плясали чертики.
А Чара... Чара багровела на глазах. Её мужья за её спиной дружно сделали шаг назад. Трое, кажется, с трудом сдерживали улыбки. Один едва заметно кашлянул в кулак, другой отвернулся, делая вид, что рассматривает потолок, а третий просто прикрыл глаза, будто молился всем богам сразу.
– Ты... ты... – Чара ткнула дрожащим пальцем в Сирению, потом в птаха, но от возмущения не могла вымолвить ни слова.
– Благодать, – ласково повторила Сирения. – Она самая.
Птах согласно курлыкнул, подтверждая её слова, и деловито принялся чистить клюв о ботинок ближайшего мужа Чары. Тот дёрнулся, но устоял – видимо, страх перед гневом супруги перевешивал брезгливость.
Сирения наклонилась к Лиану и тихо поинтересовалась:
– Эти трое вам кто?
Лиан коротко шепнул:
– Отцы.
Сирения перевела взгляд на отцов и едва заметно им подмигнула. Ближний не выдержал – уголок его губ дрогнул в ответной усмешке.
«Похоже, знакомство с родственниками проходит успешно» , – подумала Сирения.
Чара, наконец обретя дар речи, прошипела:
– Я этого так не оставлю. Вы пожалеете. Все пожалеете.
И, развернувшись на каблуках (помёт противно хлюпнул под ногами), она царственно удалилась в сопровождении своих мужей, которые спешили за ней, не смея роптать и стараясь не наступать в лужицы.
А птах гордо вышагивал рядом с Сиренией, чувствуя себя героем дня.
Сирения посмотрела им вслед, потом на отцов, потом на своих троих.
– Ну что, – весело сказала она. – Первое впечатление удалось?
Лиан прыснул. Вейн фыркнул.
Кэйден, глядя на неё с теплотой, что появлялась теперь в его глазах только для неё, тихо ответил:
– Идеально.
Глава 21 Признание
Сирения следовала за отцами, чувствуя спиной напряжённое молчание своих троих. Сопровождающие отряды остались где-то далеко позади – ещё на подходах к этой части комплекса адмиралы жестом отослали их. Короткий приказ – и солдаты окаменели, пропуская вперёд только семью.
Птах довольно висел под мышкой и переглядывался с подругой, которую Сирения так и несла под другой – самочка оказалась пугливее, и с самого начала, ещё от корабля, предпочитала наблюдать за всем происходящим с высоты, но к новой хозяйке уже привыкала. Теперь она только изредка вздрагивала, когда мимо проходили незнакомые ларены, и тут же успокаивалась, чувствуя тепло рук Сирении.