— Пойдем, времени на воробьиный чих, некогда красоту наводить, ясень‑красень тут нашелся, — проворчал леший, намекая на дурную привычку Ивана в любой непонятной ситуации за волосы хвататься. — Остричь их тебе, что ли? Будешь как моджахед ходить — с бородой и щетиной на башке.

По неприметной тропинке, оставив козье семейство развлекаться на полянке, он потащил Ивана в самую чащу. Только успевай за этим стариком немощным!

— Лексей Борович, — Иван говорил короткими фразами, стараясь сберечь дыхание, — а чего это козы у вас и днём и ночью на постое? Я козлят в деревне не видел того дня, как был. Ну не даёт мне этот вопрос покоя. Они ж маленькие, им тепло надо, и питье, и прикорм. Ладно, за домовыми не углядела бабуля, но козлят‑то еще жальче. А ну как заболеют?

— Дык как Милка привела, так и остались. Ты ж не думай, я детенков в обиду не дам. На заимке они. Мамка, считай, тоже там пасется, да на ночь остается подле детев. Там тепло ща, да сухо. Травы пока вдоволь, ручеек рядом. Вот дожди зарядят — надо будет чего решать. Денечки летние, что птички певчие — фьють, и пролетели. Ты б Лизавете сказал, чтоб заглянула. Внученька моя совсем тропки к деду забыла. Малышку привела б, я хоть бы пототошкался со Светлячком.

Они вышли на край опушки неожиданно — будто еловые ветки раздвинулись театральным занавесом, и открылась ширь и простор бескрайнего луга. Одуряюще стрекотали кузнечики, небо из лазури на горизонте переходило в темный бархат со звездами, небесными светилами и такими близкими планетами, будто Иван в планетарий попал — 5D. Хотелось упасть в траву и лежать, уперевшись лопатками в землю, чтоб случайно не оторваться от тверди, не воспарить, презрев законы гравитации.

— Красота‑то какая! Лепота! — почему‑то вспомнилась дурацкая цитата из любимого батиного фильма. И была она к месту и вовремя — что с цитатами бывает редко.

— Хорош благолепствовать. Поспешать надо! — Леший дернул Ивана за руку, потащив буксиром по грунтовой дороге, разрезающей поле пополам. Будто телега тут ездила или машины когда‑то. Бывают у лешего во снах машины? Может, это проекция обычной дороги. Как оно вообще — карта сновидений с нормальной картой согласуется или не очень?

Сторонние эти размышления не мешали любоваться пейзажем. Иван почти не смотрел под ноги, задрав голову, шел, доверяя Боровичу, не в силах оторваться от небес. Огромные планеты были так близко, что можно было бы, напрягшись, разглядеть очертания морей и континентов. Будто он космонавт на орбите. Сияли нежным светом, в дымке атмосфер, поворачиваясь, не прикасаясь друг к другу, но и не расходясь далеко.