* * *

Возвращение моего войска в Астра-Абад вовсе не напоминало триумф победителей. Город встречал нас тишиной и страхом, который мало чем отличался от нашего первого вступления в его ворота. Моя личная победа в поединке с предыдущим пашой была для горожан скорее лотереей, в которой они просто приняли победителя и встали на его сторону. А теперь отношение было уже другим.

Мои воины перемололи пятитысячную армию Таш-Хаята на глазах у всего города всего за пару часов, оставив в живых не больше тысячи пленных. Разгром был полный, и демонстрация такого явного преимущества в силе повергла в немалый шок всех вольных горожан.

Я слез с коня возле ворот дворца, услужливо распахнутых передо мной слугами. В ряду встречающих я заметил и чиновников из администрации города, и знатных торговцев живым товаром, которых ещё недавно встретил на невольничьем рынке. Очередные кандидаты на неудобные для них вопросы.

Магриб встречал меня, склонившись в глубоком поклоне.

— Поздравляю с великой победой, мой император! — громко приветствовал он меня.

И все остальные дружно подхватили, будто соревнуясь друг с другом в красноречии.

Я махнул на них рукой и поспешил в банный зал, чтобы смыть с себя въевшуюся под доспех пыль.

— Все ваши приказы, мой император, выполнены, — продолжил евнух уже тише, пока провожал меня до покоев. — Никто из женщин, служащих во дворце, не согласился покинуть его. Кроме Марцеллы.

Я остановился и посмотрел на склонённого в поклоне Магриба.

— Она ушла?

— Как вы и приказали, мой император, препятствия чинить ей никто не стал. Я выделил ей указанные вами деньги, и она покинула дворец, едва битва за стенами города утихла.

— То есть она уже знала, что мы победили, и всё равно ушла? Одна?

— Одна, — кивнул он. — Но, если мой император прикажет… я послал проследить за ней двух рабов из охраны дворца. На всякий случай.

— Ворота города были закрыты, она не могла пройти через них и уйти пешком в пустыню. Значит, она ещё в городе.

— Мой император, прикажете её вернуть?

— Ты ведь знаешь, куда она пошла?

Он молча опять поклонился.

— Отведи меня к ней.

— Как прикажете, мой император!

Зачем мне это надо, я и сам толком не понимал. Но почему-то я чувствовал, что должен её увидеть.

* * *

На выходе из дворца к Мархуну, который неотступно меня везде сопровождал, подбежал молодой орк и что-то зашептал ему на ухо.

— Что там? — спросил я, останавливаясь. — Что-то опять случилось?

— Ничего особенного, повелитель, — орк нахмурился. — Турсун-бек заговорил. Держался до последнего, но кто-то сказал ему о поражении таш-хаятцев, и из него сразу полились слова.