Иногда Вакулов отбегал чуть вперёд и ловил её в объектив встроенного в мобильный фотоаппарата. А она, смеясь и дурачась, пыталась то закрыться зонтом, то шаловливо показывала ему язык и корчила смешные рожицы, прячась за случайными прохожими. Боже, как же было хорошо!..
Наверное, именно поэтому Иван и не попытался оказать сопротивления, равнодушно-отстранёно позволив себя скрутить, и пытаясь поймать хотя бы ещё одно маленькое мгновение этого чудесного сна, на краткий миг вдохнуть упоительный лавандовый вкус её распущенных волос.
Такое поведение Вакулова, по всей видимости, явилось для его похитителей неожиданным.
— Слушай, а мы его не придушили ненароком? — тревожно спросил одни из них, и Иван узнал по голосу Женю. — Симон же говорил, что он вроде из «карателей», и чтобы мы подготовились к серьёзному сопротивлению, а он лежит как колода — и всё?
— Да нет, он в порядке, я точно знаю, — спокойно ответил ему — ну кто ж ещё? — конечно, Саша. — Затаился просто. Слышь, капитан, чего молчишь-то? Не ругаешься, не трепыхаешься, не обещаешь нам головы поотрывать — даже обидно! Неужто тебе всё равно, что мы с тобой делать собираемся?
Вакулов равнодушно промолчал. Когда он понял, что удивительный сон покинул его окончательно и бесповоротно, в душе осталась лишь щемящая пустота пополам с грустью. И размениваться на перебранку с молодыми колдунами не было ровным счётом никакого желания. А пробовать сопротивляться? Нет, Вакулова в своё время учили весьма обстоятельно, и он прекрасно знал, что из той позиции, в которую его завернули энергичные ребятишки освободиться почти невозможно. «Почти» — потому, что, ясное дело, были кое-какиеспособы , но все они были настолькокрайними , что не оставляли после себя даже намёка на более-менее мирное разрешение проблемы: только выжженная пустыня, вперемешку с трупами! Причём (и это было самым отталкивающим для Вакулова), как вокруг, так и внутри того человека, что воспользовался бы этими методами…
Сейчас же Иван, ну хоть застрелись, не видел необходимости прибегать к ним. Что-то подсказывало: убивать или калечить его пока не собираются, значит, стоит немного обождать и посмотреть на дальнейшее развитие ситуации.
По прежнему не зажигая света — чародеям он, судя по всему, вовсе не был нужен — его подхватили с пола и, жёстко придерживая под руки, повели на выход. В коридоре же, напротив, ярко горел свет, и капитан зажмурился от вспышки, что больно ударила по глазам. В таком виде его быстро и проволокли по лестнице, вывели в холл — здесь Иван уже смог приоткрыть глаза и сориентироваться — и, не останавливаясь, потащили через запасной выход на улицу.