Ведьма встретила его возращение иронической ухмылкой:
— Фу, а накурился-то! Просила же без табака обойтись.
— Вот и намагичила бы, чтобы не хотелось, — огрызнулся Иван, плюхаясь в соседнее кресло. В тот же миг самолет ощутимо качнуло с крыла на крыло: пилот привлекал внимание истребителей. — Ты-то, может, и просила, но уши-то у меня пухнут, не у тебя! Нафига рацию испортила? Вот собьют нас сейчас — и привет. Тебе-то может и ничего, а вот мне…
— Не собьют, Ванечка, не переживай. Ты им живой нужен. Или, по крайней мере, более-менее неповрежденный. Иначе ведь никакой некромант не справится…
— Это в каком смысле? — опешил Вакулов.
— Да неужели ты думаешь, что про наше с тобой возвращение никто из властьимущих еще не прознал? Не-ет, Ванюша, они нас прямо в аэропорту взять попытаются. Ну, или куда там нас посадят? На военный аэродром, наверное?
Капитан сразу и не нашелся, что ответить. Нет, он, конечно, давным-давно сбросил розовые очки (да и были ли они вообще? При его-то специфике работы?), и прекрасно понимал, что в среде магов есть превеликое множество агентов государственных спецслужб — и наоборот. Но вот что касалось последнего заявления ведьмы, которому Вакулов отчего-то склонен был очень даже доверять? Ведь Служба, по недавнему заверению Симона, его потеряла. Да и ведьма вполне грамотноизъяла его из череды происходящих событий. Как же их так быстро вычислили? Ну, угнал кто-то самолет, ну, перехватили его на подлете к столице и вот-вот посадят на пригородный аэродром…и что с того? Мало ли таких, ушлых да отмороженных? Почему именно он, беглый капитан и — как там у классика? — «бывший лучший, но опальный стрелок»[1]?
Вакулов обернулся к живой-мертвой:
— Почему…почему ты так уверена?
— Ох, Ванечка, да ты ж сам прекрасно понимаешь! Ваши следят за нами, наши — за вами…всё старо как мир. Что самое обидное, меня хотят прижучить и те, и другие, и третьи, но я тоже кое-что придумала. Так что, не переживай, прорвемся. Ты, главное, мне не мешай, ладно…любовничек? — с явной издевкой докончила она.
Капитан смерил ведьму испепеляющим взглядом (ага, очень эффективно, особенно, когда имеешь дело с нежитью, да еще и наделенной недюжинными магическими способностями!) и молча поднялся. Курить в ее присутствии он не собирался. Нет, не из-за страха или возможного возмездия — просто не хотел.
— Губишь ты себя, Ванечка, — продолжая издеваться, сообщила ведьма ему в спину, — совсем не жалеешь. Алкоголь вон с горла хлещешь, легкие никотином портишь. Ладно, иди уж, курилка. Может, в последний раз дымишь…