— Туда…туда погляди! — Трунова, всецело занятая процессом обуздания непокорных стихий, с усилием кивнула головой, показывая направление. Маг проследил его и удивился ещё больше — ведьма, похоже, говорила о невзрачном худом старике в коричневом дождевике, стоявшем чуть в стороне от обочины, прямо в высокой траве, у разложенного мольберта.
Лобань прекрасно знал этого художника. Звали его Кириллом Авдеевичем Червяковым и жил он в маленьком, но опрятном домике, расположенном неподалёку от особняка Виноградова. Безобидный старикан, помешанный на увековечивании местных пейзажей, днюющий и ночующий в окрестных полях. При встрече с Игорем он всегда вежливо раскланивался и обязательно произносил несколько дежурных малозначащих фраз «о погоде, урожае озимых и грачах, что прилетели». В первый раз маг незаметно, но тщательно просканировал его и не обнаружил ничего подозрительного — обычный пенсионер, доживающий свои дни на природе.
— Да на что там смотреть? Это ж Червяков, местный Рембрандт на пенсии. Он здесь постоянно что-то малюет. Погоди, я его сейчас позову, сама убедишься. — Лобань опустил стекло на своей двери и приветственно крикнул: — Вечер добрый, Кирилл Авдеич, можно вас на минуточку?
Старик медленно начал поворачиваться на его голос.
— Не-еет!! — Ольгин крик больно ударил мага по ушам. — Не надо!!!
Червяков повернулся и приложил к голове руку, сложенную козырьком, чтобы получше рассмотреть их.
— Не надо!.. Не надо!!!..
Игорь перевёл взгляд на ведьму, чтобы попытаться хоть как-то её успокоить и обмер: Трунова вжалась в кресло, вцепившись побелевшими пальцами в обивку. Лицо её превратилось в меловую, искажённую гримасой дикого, смертельного ужаса маску, на которой выделялись разве что широко распахнутые глаза, полные слёз, да две струйки крови, сбегающие из носа девушки прямо на подбородок.
С тихим, внешне совершенно не страшным, каким-то хрустальным звоном лопнула защитная полусфера, что так усердно создавала ведьма. Лобань даже не успел испугаться — вся задействованная в защитном заклинании энергия в мановение ока исчезла, растворилась в пространстве, словно её здесь никогда и не было. Запоздалый холодок пробежал по спине только спустя секунду-другую. Боевой маг, как ни кто другой, представлял себе последствия такого бесконтрольного выброса — от них, по идее, сейчас не должно было остаться даже уголька.
— Привет, Игорёк. А кто это с тобой? — Лобань подскочил на сиденье, когда голос неслышно подошедшего к машине Червякова раздался над самым ухом. — Батюшки святы! Что ж ты, ирод, с девочкой-то своей сотворил? Неужели ударил⁈ Да как ты только посмел, поганец! Вот я тебе сейчас!