Вакулов пожал плечами и в три глотка осушил ёмкость: пить он, в общем-то, умел. Как и любой другой русский человек.

— Молодец, коллега, — одобрительно кивнул шеф, вновь наполняя посуду — себе полную рюмку, Ивану — всё, что осталось в бутылке. Осталось там, в аккурат, ещё на полстана.

— Постой, а вот это уже не сейчас. Позже. Поговорим сперва, ага? Итак, в прошлый раз мы остановились на том, что ты ответил, будто не знаешь, отчего это вокруг эдакая вакханалия насилия закручивается. Нет, ты не врал, — Георгий Ростиславович взмахнул рукой, останавливая готового начать протестовать Ивана, — я ни в чем тебя не упрекаю и тем более не подозреваю. Просто говорил ты как-то неуверенно, будто ещё и сам не до конца осознал, что происходит. Но ведь что-то же происходило, верно? Я ведь не ошибся? — шеф испытующе взглянул в глаза подчиненного.

— Короче, Вань, давай-ка выкладывай все свои непонятки, и вместе покумекаем, что к чему. Договорились?

— Хорошо, — Вакулов глубоко вздохнул и, вытянув из кармана потерявшую былую форму пачку сигарет, позаимствованную у одного из отправившихся в мир иной пленителей, вопросительно взглянул на начальника.

— Да кури, какие проблемы… — шеф вытащил из шкафа раритетную пепельницу с зависшим на изогнутой стелле истребителем с красными звездами на крыльях: насколько помнил Вакулов (очень так смутно помнил: веком не вышел), производились подобные еще в стародавние советские времена. — Зажигалка есть?

— Нету, — смутился Иван, — одежда-то чужая. Блин, Ростиславыч, мне б переодеться, а? Совсем из головы вылетело. Обувь-то — хрен с ней, но джинсы и свитер… — он оттянул пуловер, демонстрируя начальнику темные пятна уже подсохшей крови.Чужой крови.

— Твою мать, — почти ласково сообщил шеф, разглядывая бурые разводы. — Ис этим ты приперся сюда… Переодеться ему сейчас приспичило, а? Красна девица институтка нашлась! Забыл, что такоечужая кровь ? Ладно, — принял он решение, — скидывай шмотки. Все. Живо. И бросай на пол. Сигареты туда же!

— Прямо здесь?

— Нет, мля, в операторскую выйди — и там. Быстро, я сказал! Мог бы и раньше вспомнить! — шеф вышел в смежную с кабинетом комнату, вернувшись с роскошным, прямо таки «барским» махровым халатом в руках. — Иди в душ, — он кивнул в сторону санузла, — и мойся. Тщательно, как перед первой брачной ночью. Мыло потом спустишь в унитаз, воду в кабинке оставишь включенной, пусть протечет, трубы промоет. Полотенце… ладно, следовые количества ни один магне нащупает . Всё, вперед…

Последним, что увидел Вакулов, заходя в душ, была совершенно фантасмагорическая картина: шеф, напялив на руки хирургические перчатки,собственноручно запихивал трофейную одежду в черный полиэтиленовый мешок. Вот и удостоился он чести, чтобы сам шеф за ним прибирал…