Странное дело, но шарики вовсе не слились в ленту, как это бывает у жонглёров. Наоборот, они неспешно плыли по воздуху и — это Иван видел совершенно отчётливо — немного увеличились в размерах, становясь плоскими, будто небольшие тарелочки.
А потом они вдруг засияли ровным, слегка желтоватым светом и на них стали проступать какие-то надписи. Вакулов слегка подался вперёд и, напрягая зрение — буковки были довольно мелкими, постарался их прочесть.
Раза со второго — третьего ему это удалось.
— «Подключение к основному каналу», «форматирование носителя», «передача данных»… Что за чушь? — удивился Иван, разобрав некоторые из надписей.
Рыжий довольно осклабился.
— Выбирай! — радостно выкрикнул он, демонстрируя классический голливудский оскал «во все пятьдесят два».
— Что выбирать? — растерялся Вакулов. — Это ж… ерунда какая-то?
— Выбирай! — снова крикнул клоун, продолжая жонглировать, и всё так же идиотски улыбаясь. — Некогда мне тут с тобой лясы точить, того и гляди, хозяин заглянет да обнаружит, как я тут с тобой на пару под чужую дуду пляшу! Эх, была б моя воля — я б и тебя, избранничек хренов, и взломщиков этих, космонавтов-марсиан недоделанных, в порошок, в муку, в прах! Ладно, чего копаешься, убогий, выбрал бы уже давно — и отвалил. Неужто не понимаешь, дружки твои этот канал тоже бесконечно держать не смогут, а я, — рыжий на мгновение перестал ухмыляться и нехорошо скривился, — как толькоосвобожусь , и на тебе, и на них высплюсь от души! Дай только срок…
Иван пожал плечами. Не то, чтобы он испугался угроз — этого ещё не хватало! — просто надоело ему это «приключение». Тем более, что смысл его по-прежнему ускользал от капитана — хозяева какие-то, неведомые дружки, каналы…бред!..
— Да, пожалуйста… — он вытянул руку и, не глядя, дотронулся до первой попавшейся «тарелки». — Подумаешь, бином Ньютона!..
Вспышка яростно ревущего пламени…
Чей-то ужасный крик…
Треск…
Одуряющий запах свежей крови и следом — тошнотворный смрад горящей человеческой плоти…
Темнота…
* * *
…Отражающаяся в зеркале физиономия Ивану активно не нравилась. Синяки под глазами, покрасневшие глаза, землистый цвет кожи… но что уж тут поделать? За неимением гербовой, как говорится, царапают наждачной!..
Вяло поплескавшись в душе, Вакулов стоял перед небольшим настенным зеркалом и, держа одноразовый «биковский» станок, неспешно обдумывал философский вопрос — брить или не брить? В конце концов, сила привычки всё же победила лень-матушку — с очень небольшим, впрочем, перевесом! — и Иван решительно выдавил на ладонь гель для бритья.