Из-за угла в этом большом помещении выскочил вдруг невысокий, толстенький мужчинка, там у него была небольшая конторка. Он заискивающе разглядывал нас, пытаясь навскидку определить, с кем стоит торговаться, предлагая комнаты в таверне, вероятно считая их по статусу не ниже королевских. Он искал главного среди нашей компании.

Взгляд хозяина, а это был именно он, остановился на перчатке Клэр.

Присмотрев для себя перстень с тёмным большим самоцветом, считая, что это чёрный алмаз, а он был такой один во всей коллекции, что мы везли на себе, она таки водрузила его себе на палец. Он был чуть большего размера, чем хотелось бы, но прекрасно разместился поверх перчатки из тонкой кожи и выглядел весьма достойно.

Я помнила эту покупку на мосту Менял в Париже. Как же долго тогда сестра выбирала перчатки, прислушиваясь ко всему, что её окружало.

— О, ваша милость! Вы несомненно достойны лучшего!

Вот с этого самого момента, всё внимание в зале переключилось на вновь вошедших.

Играющие в кости мушкетёры, прибывающие изрядно уже в алкогольном угаре, с удивлением рассматривали нас. Тех, кто оказывается достоин действительно самого лучшего.

Один из них, светловолосый с кружевом на воротнике и шелковой перевязью на камзоле улыбнувшись, приподнялся было со стула, оббитого серым бархатом, но…

Его шляпа с пером упала на пол, а мужчина, не устояв на ногах, с глупой улыбкой вновь оказался у игрового столика.

Сидевший же напротив соратник опьяневшего, по всем делам и приключениям лучший друг, приобняв похожую на Селин ещё одну девушку, тряхнул вдруг игральным стаканом для костей, рассыпая, импозантно содержимое на стол.

Его манжеты изысканные и удивительно красивые что-то скрыли на мгновение от глаз всех присутствующих. Девушка громко рассмеялась. Всего на мгновение эта ситуация зависла над столиком, мушкетёры вдохновенно смотрели на улыбающуюся красотку, они будто забыли про игру, а после возглас разочарования вдруг потряс всё вокруг.

Осознав для себя, что игра ведётся нечестно, столкнулась взглядом с тем, кто был старшим из четырёх вояк. Он, как я поняла, был совершенно трезв. Не желая участвовать в происходящем, хриплым от жажды голосом, я приказала хозяину таверны немедленно предоставить для нас лучшее, что у него есть.

И всё же мне покоя не давал этот взгляд.

— Он мухлюет, я видела. Бездарно.

Сестра улыбалась, приподняв бровь.

Я знала эту улыбку. Знала возможности, Клэр. Там, где мы выросли, бандитов, забавляло, когда маленькая светловолосая девчушка, виртуозно играя и мухлюя в карты и кости, бессовестно выигрывала у них.