«— бабуля, как ты там, что выбрала непокорная и неустанная, твоя Душа»?

«— мы помним тебя, а это главное; ведь память — это огромная энергия, которая так тебе сейчас необходима; память, подкреплённая нашей безмерной любовью»…

Солнце поднималось высоко над имением, осенний ветер гнал тучи далеко на восток, а воды рек, наполненные до отказа осенними дождями, в который раз готовили пастбища к следующему сезону.

Вместе со всем этим проходили наши будни и рутина, заключавшаяся в заботах и мелких делах по хозяйству. Для кого-то это были унылые дни. А для других, они, возможно, принося в сознание уют, покой и удивительное чувство защищённости, радовали своим постоянством.

* * *

— … говорили они долго, Рашель.

— Ты смогла остаться незамеченной?

— Да. На хорах за решёткой, которая закрывает угловые лавки. Там послушницы уже погасили все свечи, и часовня после службы опустела. Мари, расстроившись, не нашла свои ноты. А с прибытием чужих в замок она и шагу боится ступить без сопровождения.

— А ты, Клэр?

— Я? Не боюсь их. Прошли те времена.

Она погладила осторожно красиво выступающую часть браслета из чернёного серебра. Я с удивлением в первый раз, несколько недель назад, смотрела, как эта часть вдруг оказалась в ловких пальчиках сестрицы и в бокал воды скользнула крупинка, похожая на кристаллик соли. Она быстро растворилась, не оставляя за собой запаха и осадка.

Эти мысли отвлекли меня, но голос сестры настигал. Когда хотела, она могла быть настойчивой.

Весьма.

— Правда, я не всё поняла, епископ с графом Лоренсо де Оливарес говорили на испанском. И очень тихо.

— Они не затрагивали тему своего отъезда?

— Испанец собрался сопровождать епископа в папские владения, потому как неспокойно в провинциях. Крестьяне бунтуют, король Франции поддерживает союзников, заставляя свой двор экономить буквально на всём, представляешь он сделал замечание своему фавориту о его расшитом золотыми нитями камзоле и мрачным ходил несколько недель. И об этом уже знает вся Европа.

Шпионы повсюду.

Однако его министры ужесточили сбор податей. Крестьяне боятся, что эта зима будет очень тяжёлой для всех. А ещё все бояться вторжения войск Мальтийского ордена и испанцев на земли короля Людовика.

— Вот как. Мы будто клочок Франции на вражеских землях. Как же так случилось? Однако вовремя успели прикрыться заслоном из монашеских одежд и словом божьем. Только вот надолго ли?

Осенила себя крёстным знамением. Значит, война: — потомки назовут её тридцатилетней, она всё же вспыхивает отголосками и в этом измерении.

— Епископ подписал договора?