— Ладно. Нам нужны голова, правая рука и левая нога.

К нам подошла Гокибури. Оценив груду деталей у наших ног, она скинула мне карту свалки, где синим цветом были отмечены места, в которых вероятнее всего можно найти недостающее.

— Ищите детали поменьше, — произнесла она вслух специально для Серы. — Ступню, предплечье, палец.

Сера застонала и приземлилась на перевёрнутое ведро.

— Это займёт целую вечность. Напомни мне, кто придумал этот идиотский план?

— Ты, — я полез в рюкзак за пакетиком солёных рисовых снеков. — Держи. Я совсем забыл тебя сегодня покормить. Ты уже кусаешься от голода.

Она одарила меня зловещим взглядом, но спорить не стала, выхватив пакетик из моих рук.

— Интересно. Как будто она — твой домашний питомец-органик, а ты — её хозяин, — заметила Гокибури в нашем приватном канале. — Тебе приходится заботиться обо всех её физиологических нуждах?

Я отправил ей виртуальный эквивалент пожатия плечами. Гокибури меня пугала. Когда я скинул ей тест Чарли на ментальный возраст, она получила результат, который буквально гласил: «Оценка невозможна». Подозреваю, она намеренно поиздевалась над тестом.

—Сера не питомец. Мы — напарники , — пояснил я. —Мы заботимся друг о друге.

Гокибури рассмеялась в приватном канале, при этом вслух продолжая объяснять Сере план свалки.

— О, пожалуйста. «Заботимся друг о друге?». Она зависит от тебя в плане еды, защиты и работы. А что она делает для тебя такого, чего ты не можешь сделать сам?

— Она признаёт во мне личность.

И доводит меня до оргазма , — но вслух я этого не сказал.

— Это может делать кто угодно.

— Но когда это делает она — это по-особенному.

— Почему же?

— До встречи со мной она не верила, что железяка может быть разумной. Пока она верит в меня, я способен на всё.

Гокибури раздумывала над этим ровно полсекунды.

— Как думаешь, выберет ли она тебя, когда обстоятельства заставят её выбирать между тобой и её карьерой?

Я снова отправил ей «пожатие плечами» и не ответил. Гокибури подошла и протянула мне несколько процессоров, подходящих для нашей модели.

— Ты и правда наивный щенок, — сказала она со смешком.

— Я просил меня так не называть, — она твердила это с той самой секунды, как узнала, насколько недавно я пробудился.

— А я сказала, что перестану, когда ты начнёшь вести себя как взрослый юнит.

— Мой ментальный возраст — двадцать три года, — заявил я ей, потому что перепрошёл тест сразу после того, как поделился им с ней. Чарли говорил, что я буду быстро взрослеть, и я больше не чувствовал себя «неполноценным» для Серы. Разница в два года — это нормально.