— Нет, не заявишь. Меня переплавят, а ты не хочешь, чтобы я тоже был на твоей совести. Ты сама так сказала.

Я в бессильной ярости всплеснула руками, а у этой Жестянки хватило наглости ухмыльнуться.

— Будь честной: ты уволила меня только для того, чтобы мы могли доводить друг друга до оргазмов этически корректно. Я хочу ещё. Я только что пытался сам потереть своё ядро, но это не работает, когда я делаю это сам.

Я в отчаянии откинула голову назад, собираясь удариться о стену, но он, конечно, оказался быстрее. Его широкая ладонь смягчила удар, подставившись под мой затылок точно так же, как тогда, на базе АБМ. Я смотрела снизу вверх на его улыбающееся лицо, на то, как идеально щурятся его светящиеся глаза. Наверное, я могла бы его поцеловать.

Девятнадцатилетняя Сера, которая обожала роботов, в моей голове разразилась восторженными криками. Значит, она всё-таки не умерла.

— Я не хочу, чтобы тебе причинили боль, — прошептала я, глядя ему в глаза. — А именно это и случится, если ты останешься. Так что, пожалуйста. Уходи. Я тебя умоляю.

Его улыбка смягчилась, пальцы начали массировать мою кожу головы.

— Я иду туда, куда идёшь ты. Ты прописана в коде моего ядра.

— Да что это вообще значит?

— Не знаю, но я выясню.

Раздался стук в дверь. Жестянка внезапно притянул меня к себе, обняв, и по-японски пригласил стучавшего войти. В комнату впорхнула наша хозяйка-тануки с подносом еды, её мордочка расплылась в широкой улыбке, когда она нас увидела.

— Вы прекрасная пара, — сказала она, мудро кивая. — У моей дочери тоже есть робот. Они живут в Таиланде, там он может быть самим собой, без ошейника. Прошлой весной они поженились!

— Поздравляю, — выдавила я, изо всех сил стараясь улыбнуться.

Она поставила еду на стол, поклонилась и вышла. Я медленно покачала головой.

— Похоже, она понимает, что ты разумный. Это может стать проблемой?

— Вряд ли. Её дочь действительно живёт в Таиланде с пробуждённым киборгом модели «ВердеЛюмен». Он похож на меня, и, вероятно, поэтому она думает, что я такой же, как он.

— Ну конечно, ты уже провёл проверку данных.

Я отстранилась и села за стол. Дымящийся мисо-суп, чаша риса, омлет, нарезанный на миниатюрные кусочки «на один укус», и овощные гарниры. Я вздохнула и замерла, вдыхая аромат, позволив себе насладиться им лишь после короткого мгновения колебания.

У меня больше не осталось сил бороться с этим. Моя карьера была разрушена, жизнь — предрешена. Я могла хотя бы позволить себе расслабиться и получить удовольствие.

Жестянка открыл панель сбоку своего торса и достал длинный толстый кабель. Он воткнул его в ближайшую розетку через адаптер и просто замер, наблюдая, как я ем.