Прокашливаюсь:
— Так что, будем обсуждать, кто с кем спит?
Снова давит взглядом.
— Если только тебе этого хочется.
— Что там еще болтают? — спрашиваю нарочито легко.
Ардашев откидывается на спинку кресла и продолжает так, будто ему вообще плевать на все:
— Что жена Завьялова застала его с другой. Забрала детей и уехала из города. Что Завьялов рвал и метал. И даже всех знакомых поднял на уши, чтобы жену уволили с работы, и опеку натравил.
Каждое слово — болючее. Дышать становится тяжело.
Немного странно, когда моя история звучит со стороны вот так легко, будто это нечто смешное и неважное.
— Браво, — произношу сипящим голосом. — У вас везде уши.
— Положение обязывает, — Ардашев больше не веселится. — Я знаю, зачем ты пришла.
— Вот как? — хмыкаю.
— Мне не нужна помощь женщины, чтобы утопить конкурента, Саша, — мое имя он произносит по-особенному, выделяя его.
Разочарованно опускаю глаза на пальцы, которые сложила в замок.
— Зачем же вы согласились на встречу?
— Чтобы помочь тебе. А заодно позлить конкурента, — делает паузу. — Ну и еще чтобы пообщаться с тобой наедине.
— Я спать с вами не буду, — произношу твердо.
Улыбается. Нахально так, с видом хозяина жизни.
— Как пожелаешь. Но не будем спешить вносить этот пункт в договор.
Глава 19
Саша
— Сразу хочу обозначить свою позицию: топить этот бизнес я не хочу. Я вложила в него слишком много сил и труда, чтобы просто разрушить все. Тем более это наследство моих детей.
Или, учитывая отношение семьи мужа к Феде, хотя бы его.
Ардашев прищуривается:
— Чего же ты хочешь, Александра?
Откидываюсь на кресле и снова перекрещиваю ноги. Внутренний голос стебет: «Шерон Стоун недоделанная»!
Я расслабленно выдыхаю и мягко улыбаюсь.
Ардашев реагирует. Обводит меня взглядом. Что у него в этот момент в голове, непонятно, потому что его лицо словно маска, но интерес заметен.
— Я хочу прижать мужа.
— Разборки из девяностых? — хмыкает. — Мне этого хватило с лихвой.
— Вы не похожи на мужчину, который вел бизнес в девяностые, — выгибаю бровь.
Ардашев откидывается в кресле и выдвигает ящик стола.
— С твоего позволения, — отточенными монотонными движениями закуривает сигару.
Я терпеливо жду, никак не выдавая своего волнения.
— Мой отец вел бизнес в девяностые, — поясняет Тимур Заурович. — Так что я не понаслышке знаю о том, как было весело в те времена.
— Криминал меня не интересует, — обозначаю сразу.
— Тогда я тебя очень внимательно слушаю.
— С вашей помощью мы немного «уроним» бизнес Завьялова, — двигаю пальцами. — Я знаю слабые места и чувствительные точки, куда можно уверенно ударить. Официально подведем к банкротству. Далее бизнес перейдет в руки Росимущества. Ну а после честные торги, в результате которых этот бизнес и будет мною по дешевке приобретен.