Глава 12
Саша
Два месяца спустя
Как выяснилось, в работе экономиста сложностей нет. Все-таки я прошла хорошую школу жизни, когда помогала Костику поднять бизнес и встать на ноги, так что сейчас просто влилась в поток и поплыла по нему.
Всему научили, а тому, что непонятно, учит интернет и Мария Павловна из здравоохранения. Великой души женщина, которая взяла меня на поруки и прониклась ко мне моментально.
Хочется думать, это потому, что я произвожу хорошее впечатление. Без ложной скромности — я усидчива, внимательна, все схватываю на лету.
Близится окончание моего испытательного срока, и я очень надеюсь на то, что вопросов к моей работе не возникнет. Я не знаю, насколько мне придется здесь задержаться, но хочу делать все идеально.
— Давай, Санечек, переделывай отчет и снова присылай мне, — командует Мария Павловна.
— Там снова что-то поменяли?
Я не успеваю отслеживать изменения, они происходят слишком часто.
— Привыкай, Саш. То ли еще будет. Кстати, твой испытательный срок подходит к концу, ты же помнишь?
— Да, конечно. Как считаете, меня оставят?
— Давно у нас не было таких ответственных молодых сотрудников, — смеется по-доброму. — Думаю, у тебя все будет отлично.
— Спасибо! — выдыхаю. — Мне очень нужна эта работа и деньги.
— Не переживай. В понедельник я поговорю с начальством и сообщу тебе результаты.
— Спасибо вам тысячу раз!
— Ой, перестань, — хмыкает.
Я дорабатываю до вечера и еду за Милкой в сад.
Я пристроила дочь в детский сад. Не знаю, куда закинет нас судьба, но пока что уезжать отсюда мы не планируем.
Милка пересказывает мне весь свой день. В большом государственном саду дочери нравится куда больше, чем в частном и супернавороченном со сложной не по годам образовательной программой.
Не успеваем мы приехать домой, как тут же на крыльцо выбегает Федя. Встревоженный, перепуганный.
— Что случилось?
— Ма, там папа… — начинает испуганно.
Костя мне названивал все это время. Боже, что он только не говорил мне. В какой-то момент я подумала, что у него случилось биполярное расстройство личности, потому что мужа словно мотало из стороны в сторону.
То он рассказывал мне, что я единственная и неповторимая. Любовь всей его жизни. Самое главное и самое ценное. Что дом без меня и детей потух.
Жаловался на жизнь и работу, говорил, что ничего не хочет больше. Умолял вернуться, просил прощения.
А на следующий день звонил и кричал, какая я сука, что никому не буду нужна с двумя детьми, а особенно с больным ребенком.
Каждый разговор непременно сводился к тому, что деньги он мне не вернет, говорил, чтобы я не рассчитывала на алименты.