— А я с тобой как, по-звериному, что-ли? — вспыхивает. — Если тебе не нравится то, что я говорю, это не значит, что я с тобой не по-людски.
Фыркаю, но тут же гашу в себе порыв возмутиться.
Ради детей. Это все мне нужно ради детей. И если надо заткнуться — я согласна, лишь бы детям было хорошо.
Делаю пару шагов к столу Кости, но не сажусь на стул для посетителей, так и остаюсь стоять.
— Со следующей недели у Феди начинаются осенние каникулы.
— И что? — усмехается гаденько. — Ждешь, что я дам тебе бабок на отдых? Никак Ардашев не хочет платить за чужих детей?
Довольный собой, он расплывается в улыбке.
Идиот, он даже предположить не может, что у меня могут быть свои деньги. Тимур платит мне как приглашенному консультанту, и сумма, надо сказать, немалая. Такая, что у меня даже мысли не возникает пойти к кому-то и попросить денег на отдых.
Тупо потому, что мне достаточно этих средств.
— Нет, Костя. Я пришла сюда оттого, что мне нужно разрешение на выезд детей заграницу.
— Оп-па, — улыбается во весь рот, сволочь.
И я понимаю, что все бесполезно… Он удавится, но ни за что не подпишет разрешение.
— Конечно, Сашенька, — мерзко улыбается. — Конечно, я не подпишу это разрешение.
— У детей каникулы. Я хочу отвезти их на море. Это было нашей традицией, вспомни! — мой голос начинает дрожать.
За себя мне уже не больно. Но дети… как же мне больно за них, черт возьми!
— Ну ничего страшного, Сашенька. Посидите в городе, — говорит, до ужаса довольный собой. — И да, на всякий случай напомню тебе: если ты захочешь их куда-то отвезти, не забудь, что по субботам и воскресеньям я жду их у себя.
Шумно втягиваю носом воздух.
— Какая же ты… тварь, Костя, — вкладываю в эти слова всю свою ненависть. — Когда дети вырастут, я расскажу им, что ты вытворял. И вот тогда будь готов к тому, что подохнешь одинокой псиной, потому что именно этого ты достоин!
Разворачиваюсь и решительно выхожу, слушая в спину нападки и угрозы, обещания расправы и судебного иска за то, что я оскорбляла его.
Как добираюсь до машины, не помню. Срываю ее с места, проезжаю пару кварталов и набираю Ардашева.
— Что случилось? — резко спрашивает он, едва услышав мой голос.
— Он отказал. Представляешь, Тимур? — всхлипываю. — И напомнил мне, что я на выходных должна привезти ему детей, а это значит, что я не смогу на полную неделю увезти детей на отдых даже внутри страны.
— Мне жаль, Саша… — говорит после тихого вздоха. — У меня есть одна идея…
Глава 42
Тимур
Решительно дергаю на себя дверь ресторана и захожу внутрь, обвожу взглядом зал.
Сразу же появляется хостес: