— На сына-то не срывайся, раз сама виновата, — одернула ее соседка.

— Я такая ду-у-ура-а-а!.. — залилась мама горючими слезами.

Терпеливо вздохнув — нелегко ей последнее время пришлось, — вышел из-за ширмы, запретил себе замечать и обонять полное на треть ведро и опустился на кровать рядом с мамой, приобняв за трясущиеся плечи.

— Про-ик!-сти меня, Сережка, — икнула она мне в стремительно намокающую футболку.

— Да за что? — прошептал ей на ухо я. — Если чего-то не должно было случиться, но оно случилось — значит, так надо. И вообще — радоваться нужно, а не реветь.

— Чему радоваться-то? — шмыгнула носом родительница. — Втроем в одной комнате мыкаться?

— Пока родишь, уже переедем, — пожал я плечами. — Ты бы будущему отцу позвонила. Как непосредственный участник, он заслуживает право знать.

Мама поджала губки.

— Иди звони! — встала на мою сторону тетя Надя.

— Он — Судоплатов! — выпалила родительница так, будто мы должны немедленно попрыгать из окон с воплями ужаса.

— Тот самый? — уточнил любознательный я. — А не староват?

— Его сын.

— Ну и пускай Судоплатов, ну и пускай сын, — погладил я маму по спине. — Чего теперь, безотцовщину плодить?

Мама дернулась и виновато посмотрела на меня.

— Я себе нынче сам как батя, — показал ей язык. — И это не упрек, а мой тебе совет от всего сердца. Если откажется взять ответственность — назовем подлецом и выгоним. Не понравится — опять же выгоним. Как полностью материально независимые люди, можем делать с ним что хотим.

Родительница фыркнула, а тетя Надя спросила:

— Тебя как угораздило-то?

— А я знала? — ответила ей мама вопросом на вопрос. — Когда догадалась спросить, было уже поздно.

— Вот видишь — понравился, значит. В общем, мое мнение ты теперь знаешь, — погладил маму по голове. — Но глава семьи у нас — ты, поэтому решай сама, а я обещаю, что в любом случае буду изо всех сил тебе помогать, — чмокнув маму в мокрую от слез щеку, поднялся на ноги, достал из ящика стола учебник английского для совсем начинающих и тетрадку, сунул это все в портфель. — Мне пора на английский, перекушу по пути — деньги есть.

Мама виновато покосилась на ведерко.

— Нет, не из-за этого, — объяснил я. — Просто сейчас у тебя есть проблемы важнее, чем разогревать просто замечательно вкусный борщ.

Мама грустно улыбнулась, и я попросил соседку:

— Тетя Надя, очень прошу вас помочь маме принять такое решение, чтобы ей не пришлось жалеть всю оставшуюся жизнь.

— Примет, — с железобетонной уверенностью кивнула тетя Надя.

Аккуратно прикрыв за собой дверь, побежал на улицу. Судоплатов, да? Понял тебя, хронопоток! Да, потенциально это проблема, потому что Судоплатов-старший до сих пор не реабилитирован и вышел на свободу только в этом году, честно отмотав «пятнашечку». Однако в дальней перспективе, когда начнутся приключения совсем другого уровня, он мне может ух как пригодиться! Кроме того — его сын сейчас работает в МГУ — у нас ведь «за отца не отвечают», так что… Ой, как будто у меня выбор есть! Если само в руки идет — надо брать и говорить спасибо.