— Ну какой коньяк, Варварочка⁈ — бросилась Степанида Ивановна ее успокаивать. — Такие люди по утрам не пьют. Он — мужчина, поэтому и не хочет тебя лишний раз гонять.

— Не сломалась бы, — фыркнула директриса, нащупала меня взглядом и вздрогнула, осознав, что показала ученику гораздо больше, чем должна. — Андропов, ты огромный молодец, можешь возвращаться на урок!

— Мы гордимся тем, что в нашем районе расцвел такой талант, — добавила от себя Степанида Ивановна.

— Я за тобой после уроков зайду, сынок, — пообещала мама. — Иди, учись!

По коридору летел чуть ли не вприпрыжку — все складывается просто до нереалистичности хорошо! Главное — пробить стартовый барьер, а дальше «рукопожатного» Сережу публиковать станут гораздо более охотно. Полевому я понравился — ни фига себе, пионер книжки пишет! Действительно — феномен, и такого миру открыть со всех сторон почетно. Еще и стихи в «Литературке»! За них ведь тоже «плотют». А еще — они так и просятся лечь на музыку, став хитами среди советских детей.

Лед тронулся, господа присяжные заседатели!

* * *

— Ой, Сережка, как так-то, только написал — и сразу в журнал! — удивлялась мама по дороге к метро — едем в редакцию «Юности».

— И не говори, — охотно поддакнул я и спросил: — А сколько «Запорожец» стоит?

— Зачем тебе «Запорожец»? — удивленно посмотрела на меня мама.

— Выучим тебя на права, и будешь автоледи, — улыбнулся я.

— Автоледи на «Запорожце»! — засмеялась мама. — Выдумщик мой. — Потрепала меня по волосам. — Нет уж, на «Запорожце» ездить я не буду! Пиши больше хороших книг, и купим нормальную машину.

Не понимает мама сущности классовой борьбы и легкого юродства. Ладно, себе потом на совершеннолетие куплю — смешно же.

— А права у меня уже есть! — подмигнув, добавила мама неожиданное.

В редакции мы сразу же попались в цепкие лапы бабушки-вахтерши, которая, излучая благодушие — неплохо ее проинструктировали, — провела нас непосредственно в кабинет главреда. Проигнорировав пяток сидящих в очереди людей, постучала, заглянула и махнула нам — проходите.

За дверью оказалась приемная с удобными на вид креслами.

— Здравствуйте, — поприветствовала нас средних лет секретарша, не прекращая стучать на печатной машинке. — Присаживайтесь, Борис Николаевич вас скоро примет.

Присели, мама начала нервно теребить ремешок сумочки.

— Мы же только бумажки подписать, — шепнул я ей. — Ну Полевой, ну классик, ну главный редактор. Хороший дедушка, ты же видела — все уже решено, нам нужно просто сидеть, кивать и говорить «спасибо». Неужели мы не справимся?

— Справимся, — нервно улыбнулась мама. — Просто ты еще мал и не понимаешь некоторых вещей.