— Мы! — подтвердила мама.
— Мама, это замечательный композитор Александра Николаевна Пахмутова, — представил я.
— Наташа. Наталья Николаевна, — наконец-то проявила соответствующую такой встрече радость мама.
— И Сергей, — улыбнулась мне композитор, опустилась на соседний диванчик. — Мне Борис Николаевич твои стихи прислал, Сережа. — Понизив голос, с заговорщицким видом добавила: — Знаешь, они так и просятся на музыку!
— И вы хотите сами ее написать? — изобразил я ликование и испуганно прикрыл рот — получилось образцово громко.
— Хочу, — подтвердила она. — Ты не против?
— Это огромная честь для меня, — против я, само собой, не был — мне до композиторства еще хотя бы полгодика в ДК надо походить. Но задатки можно показать уже сейчас, поэтому тихонько запел: — Спроси у жизни строгой…
Пахмутова слушала внимательно и с удивлением на лице. Когда я допел, она пояснила:
— Можешь мне не верить, Сережа, но именно так эту песню я и видела!
— Очень даже верю, Александра Николаевна, эти стихи по-другому и не споешь, — улыбнулся я.
— А «Прекрасное далёко»? — решила она провести еще один эксперимент.
— Слышу голос из прекрасного далёко… — Допев куплет, уточнил: — А вот припев нужно петь детским хором: «Прекрасное далё-о-око…»
— Наталья Николаевна, ваш сын давно учится в музыкальной школе? — заподозрила неладное Пахмутова.
— Совсем не учился, — растерянно покачала головой мама. — Его наш сосед на гитаре немножко учит и в ДК один раз ходил, на гитару и фортепиано.
— Феноменально! — сделала единственно возможный вывод Пахмутова. — ДК и сосед — это замечательно, но вашему сыну нужно хорошее, комплексное музыкальное образование.
— Можно не надо? — жалобно попросил я. — У нас в ДК хороший преподаватель, Димой зовут, он в ВИА играет!
— Знаем мы эти ВИА, — хмыкнула Александра Николаевна. — Решать, конечно, вам, но я вас уверяю, Наталья Николаевна, у Сережи — огромный музыкальный талант!
— Сережа, я считаю, что Александра Николаевна права, — прогнулась под авторитет Пахмутовой родительница.
— Спорим, что мне нужны только механические навыки и нотная грамота? — подмигнул я ей.
— Сережа, веди себя прилично! — шикнула мама.
— Александра Николаевна, давайте мы с вами сегодня до вечера пластинку детских песен запишем, а вы свой приказ отправить меня в музыкалку отмените?
— Пластинку? — совершенно по-девичьи захихикала она в ладошку.
— Вот эту, например, Эдуард Хиль петь должен с детским хором, — нагло заявил я и запел: — Буквы разные писать тонким перышком в тетрадь…
На втором куплете из кабинета выглянул сам главред «Литературки» — я его фотку в интернете видел, но Пахмутова жутко невежливо на него шикнула, и Александру Борисовичу пришлось дослушать до конца.