Кирилл Беляев. В эту пятницу в одиннадцать ноль ноль твой холдинг, твой кабинет, твоя домашняя площадка. Твои совладельцы, твой бюджет, твой секретариат.
У меня — мой Tom Ford. Моё агентство. Мой шестимесячный опыт обиды, который я в эту пятницу превращу в первоклассный профессиональный продукт.
Но у меня есть одно преимущество. Совсем простое.
Кирилл, для протокола, ты думаешь, что у нас сегодня началась война и что у меня к ней нет стратегии.
Ты прав в первом.
Ты прав во втором.
Но ты не понял одной вещи.
У женщины, у которой нет стратегии, естьинтуиция . А у моей интуиции в эту секунду в кабинете на Никитской есть один очень внятный голос. И голос мне говорит:
«Ева. Иди и не уступай. У тебя на твоей стороне те же двадцать семь лет ярости, что у него —привычки выигрывать. Поверь мне, это равная партия».
Я улыбнулась.
Очень коротко, в моём собственном стиле, с тем характерным движением углом рта, которое моя мама в Питере называет «Евочка собирается побеждать».
Я нажала кнопку селектора.
— Алина. Зайди ко мне. У меня для тебя задача.
Положила трубку.
Северная игра началась.
И я в неё, как уже подозревала, играю не одна.
Глава 2. Ноябрь. Часть первая. Та, в которой я ещё не пью
Если бы кто-то спросил меня в среду в полдень, что я планирую делать в следующие несколько часов, я бы ответила: работать.
Я очень села за стол. Открыла ноутбук. Создала папку с входным пакетом по тендеру «Северного». Назначила встречу со своим креативным директором на завтра в десять. Отправила Алине задачу собрать аналитику по последним PR-кампаниям финтех-сегмента. Записала себе в календарь напоминание заехать к зубному в четверг, потому что я в стрессовых ситуациях имею привычку забывать про быт.
Через сорок минут я обнаружила, что я смотрю в монитор, и в моём документе написана одна строчка.
Кирилл Беляев. Ноябрь. Что я о нём знаю.
Я очень профессионально закрыла этот документ.
Очень профессионально открыла второй.
В нём через десять минут оказалась написана та же фраза.
На третьей попытке я сдалась.
Хорошо. Раз уж моя голова в этот день отказывалась работать, я ей разрешу заняться тем, чем она хочет заняться. Я закрыла дверь кабинета. Села в кресло у окна. Налила себе третий мартини (поздравляю меня, у меня официально новое расстройство, ускоренными темпами).
И открыла ту самую папку «Кирилл Беляев», файл второй.
Ноябрь.
* * *
Год назад.
Я уже опытная женщина двадцати шести с половиной лет, у меня собственное агентство, у меня в портфеле первый по-настоящему серьёзный клиент — частный клуб «Лесная», который собрался устраивать первое в своей истории закрытое мероприятие для очень узкого круга очень узких людей.