Казанцев, до этого сидевший молча, поправил свой безупречно чистый воротничок.

— О людях тоже забывать не стоит, — его голос звучал ровно, с нотками профессиональной гордости. — Смертность на наших приисках сейчас ниже, чем в самых благополучных районах Екатеринбурга. Ни одной эпидемии, ни одного случая цинги за зиму. Мой лазарет оснащен так, что коллеги из Петербурга, если бы увидели наши стерилизаторы и микроскопы, решили бы, что попали как минимум в Англию. Мы сохраняем жизни, а это самый ценный ресурс.

Я облокотился на стол, глядя на то, как Аня перелистывает страницы своего отчета.

— Образование — наш задел на завтра, — продолжил я. — Школа выпустила двенадцать детей. Они не просто умеют читать и писать. Они чертят, считают нагрузки и понимают основы механики. Четверых лучших я уже определил под начало Мирона и Лебедева. Нам нужны свои инженеры, которые вырастут с запахом солярки в носу.

Я сделал паузу, чувствуя, как в комнате нарастает напряжение.

— Кадровый вопрос решен. Тридцать специалистов, которых нам прислал Николай, полностью влились в дело. Никто не сбежал, никто не запил. Каждый из них ведет свое направление и, что важнее, обучает двух-трех местных помощников. Мы не просто пользуемся их мозгами — мы их клонируем, если хотите.

Аня подняла голову от гроссбуха. Её лицо было спокойным, но в глазах плясали искорки триумфа.

— Общий финансовый итог года, — она назвала цифру оборота. Степан, записывающий каждое слово, поперхнулся.

— Анна Сергеевна… повторите, будьте любезны, — голос Степана дрогнул. — Мне показалось, я ослышался.

Аня повторила, четко выговаривая каждый слог. В конторе воцарилась тишина. Это была сумма, сопоставимая с бюджетом небольшой европейской страны.

— По безопасности кратко, — вставил Игнат, не меняя позы. — Ни одного крупного инцидента. Попытки воровства на золоте пресечены в зародыше. Периметр под контролем. Савельев знает свое дело, лишних людей в лесу нет. Мы спим спокойно, потому что его люди не спят.

Раевский разложил на столе стопку бумаг с императорскими печатями.

— Юридическая защита завершена, — произнес он. — Пять новых патентов: дизель, плунжерная пара, регулятор, резиновый шланг и лампа. Каждая деталь нашего мира теперь защищена грамотой князя. Нас нельзя просто закрыть или обобрать по закону. Мы вросли в правовое поле империи.

Я поднялся со своего места. Совещание подходило к концу, и я видел на их лицах — обветренных и изрезанных морщинами от бессонных ночей — ту самую искру, которая двигала нас вперед всё это время.

— Мужики, — я обвел их взглядом. — Мы за три года пролетели путь, на который у других уходят поколения. Мы построили то, во что никто не верил. Но это не повод расслабляться и почивать на лаврах. Это повод ставить цели еще выше. Завтра мы начнем проектировать сеть дорог до самой Перми. Мы не остановимся, пока весь Урал не заговорит на языке стали и пара.