Глава 6
Конец апреля обрушился на уральские леса внезапной, почти агрессивной оттепелью. Снег оседал, наливался талой водой, превращаясь в грязно-серую губку, но солнце припекало так, что скидывать полушубки хотелось уже к полудню. Воздух полнился звоном капели и влажным запахом обнажающейся земли, когда наша радистка Анютка буквально вылетела из своей каморки. В её руке трепетал желтоватый бланк аппаратного журнала. Пальцы её подрагивали, пока она протягивала мне расшифровку морзянки. Текст гласил: «Великий Князь прибыл инкогнито. Требует вас лично. Медлить нельзя. Степан».
Я пробежался по строчкам дважды, чувствуя, как внутри скручивается пружина адреналина. Инкогнито. Николай Павлович не стал дожидаться официальных отчетов и бумажной волокиты. Если будущий император срывается с места и мчит через половину страны в весеннюю распутицу, значит, дело пахнет порохом и большой геополитикой. Времени на сборы не оставалось от слова «совсем».
Оставив на хозяйстве Игната с Фомой — эта парочка могла удержать порядок даже при нашествии марсиан, — я метнулся к «Ерофеичу». Теперь под его капотом билось наше двухцилиндровое дизельное сердце. Аня запрыгнула в кабину следом, на ходу зачесывая растрепавшиеся волосы под платок. Два крепких казака из конвоя Савельева привычно разместились на задней платформе у топливного бака. Я рванул рычаг муфты, и гусеницы с чавканьем сорвали пласт мокрого снега.
Дорога до Екатеринбурга слилась в единый пульсирующий гул. Если раньше паровик намертво вяз в весенней каше, требуя постоянной доливки воды и дозагрузки угля, то дизельный Зверь шел напролом. Мы глотали версты, оставляя за собой лишь шлейф сизого выхлопа. Мотор ровно чеканил такт, перемалывая грязь весенней распутицы. Вместо привычных десяти или двенадцати часов изнуряющей тряски, мы выскочили к городской заставе ровно через семь. Рекорд, который в этом веке казался чистой магией.
Степан ждал нас у кованых ворот конторы. Новый сюртук из дорогого сукна сидел на нем как влитой. Взгляд цепкий, осматривающий улицу на предмет лишних ушей. Бывший чиновник превратился в серого кардинала Екатеринбурга, дергающего за ниточки местных финансовых потоков.
— Прибыл еще вчера, Андрей Петрович, — отрывисто доложил Степан, едва мы переступили порог дома. — Остановился в резиденции Есина. Губернатор бледный ходит, охрану удвоил.
— Официальная версия есть? — я на ходу стянул куртку, бросая её на стул.
— Инспекция казенных заводов, — Степан усмехнулся. — Только на заводы он и не смотрит. Сразу приказал сообщить вам. Ждет. Я гонца на заставу отправил с текстом, а там уже по радио отстучались.