— Домовой — покровитель жилища, хранитель семьи, плодородия и здоровья домочадцев. Как вы могли надолго оставить свои дома? Как могли стать не хранителями, а обидчиками? — загремел хор Надмирной Инквизиции.

Домовые молчали, слушая вой ветра и эхо голосов судей.

— Каждый из вас повинен в бедах Кольчугино, и потому каждого ждёт суровое наказание, — прогремел хор судей.

Домовой Сметанка отделился от облака и материализовался в своём обычном виде: вышитая косоворотка с алыми петушками по рукавам, плисовые штаны с искрой и хромовые сапожки. Он отставил ногу и упёр руки в бока, его кудрявая борода задиристо вскинулась.

— У нас своя правда. Мы сами знаем, как землю родную защитить, как Кольчугино оборонить. Коли надо будет — не только доможилами и кормильцами станем, а ратниками и булатниками.

Озорной выкрик подхватили и другие домовые.

— Суд ваш несправедливый и неправедный, — брякнул Кологрив, — двойные стандарты применяете. Захребетники Кольчугино заполонили, а вы смотрите и помалкиваете?

— А вот Змей Горыныч огнём адским палит, ему тоже можно? Или он не в вашей юрисдикции? — ехидно прищурился Тюря.

— Судить нас вздумали? По одному али оптом? Мы завсегда рады, это как милости вашей будет угодно, — рассудительно сообщил свою точку зрения Заплаткин, — коли высечь, я ничуть не прочь. На то воля судейская, а нечисть она балуется, и потому порядка не всегда разумеет. А можно кому и бороды отрубить. Отчего ж не отрубить? Только вы уж побыстрее, а то нам воевать надо.

— Правда извилистыми тропами не ходит! — невпопад крикнул Мухоморный Ус, — а выпить в кабачок да и заворачивает.

Домовые нестройно заржали, а Надмирный Инквизитор гневно махнул белой перчаткой, и из неё вырвалась молния и прожгла крону старой липы.

— Ишь, лютует! — восхитился Кологрив.

— Урон экологии наносит, — поцокал Ухват.

— Насилие — признак бессилия, — заключил Шмурдяк.

Из-за спин домовых вышла Степанида, она заправила выбившуюся прядку за ухо и сказала тихо и с расстановкой.

— У меня было время изучить «Наставления для порядочной»…

— С каких это пор маг-перевёртыш к домовой нечисти относится? — перебил Степаниду громовым голосом Надмирный Инквизитор.

— Не стану спорить, не относится. Но прочитать книгу может любой, это не запрещено.

— Кто вам слово дал? — грозно спросила одна из теней в плаще.

— Никто. Сама взяла. По праву человека, который готов погибнуть здесь и сейчас, — храбро ответила Степанида.

— Вы прибыли из своих королевств в наши тигули, так уж послушайте. Не зря же ехали, Степанида дело скажет, — несколько развязно вякнул Сметанка.