— Так, дорогой Фердинанд Егорович, давайте помедленне и подробнее, остановил его восторженные излияния Зверев. — Что вы имеете ввиду, когда говорите «коллоидное состояние золота»?

— Ф кашт-том из нас есть золото. Немного, но ест-т…

Я кивнул. Микроэлементы играют большую роль в обмене веществ. И помимо магния, калия, кальция и остальных золото в каких-то микроскопических количествах. То ли десять миллиграмм, то ли чуть больше или меньше.

— И? — с нажимом произнес Зверев.

— И в эт-той женст-чин есть колоний микроорганизм, кот-торый для пот-тержаний свой шиснь стал получат-т золото из окружаюс-тчей срет-та и связат-т металл свой коллоит-тной связь.

— Так, Боголюбская жила у Барнаулки. Там в почве, в песке, в воде тоже есть золото, — задумчиво прознес Зверев. — Раньше, во всяком случае, первое золото на Алтае намывали именно в верховьях реки Барнаулки. За сто пятьдесят лет работы сереброплавильного завода, думаю, со шлаками несколько сот киллограммов золота было выброшено в почву. И теперь вы говорите, что есть какие-то микробы, которые это золото тянут себе в пищшу из окружающей среды?

— Т-та! Фсе так. Но они есть пос-селит-тса на тело эт-та нест-шаст-тной шенс-щын — и она умереть, — согласно кивнул Засс.

— Хорошо, а с этим что делать? — я размотал бинт и протянул руку Зассу.

Старый немец внимательно осмотрел мою ладонь, поворачивая то так, то эдак. Потом поднес лампу и при ярком свете еще раз осмотрел.

— Эт-то есть интересно, от-тшен корошо для наука, но, майн либер Фет-тя, от-тшен плохо тля теп-пя, — и нахмурился.

Словно забыв обо мне, он кинулся к столу, смешал в мензурке несколько жидкостей и плеснул в пробирку. Потом осторожно, лопаточкой. Добавил в нее же порошка золотой пыли, оставшейся от тела Боголюбской.

Пока он колдовал над пробирками, я вспоминал первое посещение Потеряевского рудника. То ущелье с водопадами золотой пыли. Признаюсь, стало жутковато представить, что весь этот металл — производное с живых организмов. Какие масштабы должны быть для таких объемов производства золотой охры⁈ Сколько живых существ должно погибнуть, чтобы вытянуть из окружающей среды золото — вот так, по микроскопическим крохам, по пылинкам?

Засс. Наконец, закончил с пробиркой. Он держал ее на весу и жидкость внутри была абсолютно прозрачной. Он взял длинную спичку, намотал на конец ваты и макнул в пробирку.

— Т-таф-файт-те ваш рука, Фет-тя! — Фердинанд Егорович поставил пробирку в держатель и схватил меня за руку.

Аккуратно обвел золотое пятно на руке полученным раствором, особо уделяя внимание «паучьим ножкам».